Гарри и его гарем 12 - Нил Алмазов
На втором этаже, куда вела удобная деревянная лестница, располагались спальня Риллиан и её рабочее пространство, где она писала картины. Витража тут не было, но имелись весьма большие окна, и света для творчества точно всегда хватало. Как работает освещение, она тоже показала. На стенах располагались магические камни-выключатели, похожие на кристаллы. Здесь всё просто — нужен небольшой импульс, чтобы свет включился. На чердак Риллиан меня вести не стала, сославшись на то, что там ничего интересного нет.
Когда мы спустились на первый этаж, она быстро отложила еду, которую мне можно есть, и убрала её в свободный шкаф, чтобы я точно знал, где её брать. Хотя я не был уверен, что захочу есть после обеда и вина, которое мне ещё предстоит попить с её отцом.
— Я всё показала, и теперь ты знаешь, куда идти и что тут делать, — сказала она, когда мы вышли из дома. — Да, у нас всегда открыто, потому что мы доверяем друг другу. Никакого воровства, по крайней мере, в нашем городе, нет. Заборы если и ставят, то просто для красоты или если не хотят, чтобы другие видели, что происходит на участке.
— Большое тебе спасибо за заботу, — поблагодарил я и обнял её, поцеловав в щёку, ведь мы на участке, а значит, это дозволено.
— Всегда пожалуйста, — ответила она и коротко поцеловала меня в губы. Наверняка ей не хватило обычного поцелуя в щёку. — Поползли обратно. Дорогу запомнил? Тут же недалеко.
— Да, конечно. Не заблужусь.
И мы отправились в сторону родительского дома.
* * *
Попрощавшись с Риллиан и её мамой, я вернулся к столу, где меня ждал настоящий полковник ламий, пусть и в отставке. Никогда бы не подумал, что мне выпадет такой случай — распить вино со столь значимой личностью, да ещё и представителем необычного народа.
Поскорее выпить отец Риллиан не торопился. К еде он тоже не притронулся, терпеливо ожидая меня. Лишь посетовал на то, что еда успела остыть, но я быстро исправил ситуацию с помощью магии огня, подогрев сначала его еду, а затем и свою. К слову, всё подали сразу с учётом того, чтобы я тоже мог это есть.
Вино мне, как сказал отец Риллиан, не то чтобы не навредит, а даже пойдёт на пользу. Сам он его не делал, но покупал лучшее из возможных на всём континенте. В погребе, по его словам, запасов этих бутылок более чем достаточно. И что особенно интересно — вино делали из местного винограда, растущего на низких холмах одного из регионов, где его росло особенно много.
Обед мне безумно понравился не только вкусом, но и своей сытностью. На столе было мясо каких-то бескрылых местных птиц, особый хлеб, салаты из овощей и даже морепродукты, которые пришлись мне по душе больше всего. Будь рядом Риллиан или её мама, я бы, наверное, не постеснялся попросить добавки именно их. Но обращаться с такой просьбой к полковнику никак не мог.
Закончив с обедом и выпив отвар, который я тоже подогрел, чтобы он был вкуснее, от всей души поблагодарил отца Риллиан за гостеприимство. Он, конечно, сделал вид, что ничего особенного не произошло и всё это обычное дело, но я всё равно заметил — ему было приятно, что я остался доволен.
Чтобы немного утрясти плотный обед, он предложил прогуляться по участку, чему я был только рад.
* * *
Сад открылся передо мной во всей красе.
Я внимательно разглядывал каждую мелочь, задерживая взгляд на необычных деревьях. Заглянули мы и в огород, где росли разные овощи, в том числе знакомые мне, разве что здесь они отличались более ярким цветом и куда большими размерами.
После прогулки по участку и показа всего самого интересного отец Риллиан, к моему удивлению, решил показать мне погреб, вход в который находился с задней стороны дома.
Освещение там, разумеется, было магическим. Я сразу заметил огромное количество бутылок, уложенных горизонтально. Каких вин там только не было. Посчитать их я б не смог при всём желании, но, на глаз, их насчитывалось не меньше нескольких сотен. Да и сам погреб был таких размеров, что в нём можно спокойно жить.
После небольшой экскурсии мы вернулись к столу.
Отец Риллиан, не мудрствуя лукаво, открыл бутылку безо всяких инструментов и налил сперва мне, — какой-никакой, но всё же знак уважения — а затем и себе.
Тосты у них, как выяснилось, говорить не принято. Он сам меня об этом предупредил, поскольку хорошо знал традиции двуногих. Однако и здесь сделал исключение, позволив мне сказать речь, если есть желание и мысли. А мысли у меня были, причём честные.
Я произнёс тост за него и его семью, пожелав им здравствовать и жить долго. Говорил без изысков и недолго. Возможно, именно поэтому отец Риллиан и заметил мою искренность. А может, он тоже владеет эмпатией, как и его дочь. От кого-то же она получила эту способность.
Если у нас принято наливать неполный бокал и пить понемногу, то здесь всё было с точностью до наоборот. Нет, так пьют не только военные, как я выяснил, когда поинтересовался. Ламии в принципе пьют вино почти как воду — много и большими глотками.
Чтобы проявить уважение, первый бокал я тоже осушил достаточно быстро. Но затем вежливо объяснил, что не привык пить в таком темпе и что, если продолжу, могу просто уснуть прямо за столом. Отец Риллиан усмехнулся, ответив, что видел среди двуногих такое много раз, а потому прекрасно понял, о чём я говорю.
Пусть алкоголь и не действовал на ламий так сильно, полковник в отставке всё же решил спустя несколько бокалов рассказать мне кое-что личное — уж больно дороги ему были эти воспоминания.
Будучи молодым, он однажды побывал на землях высших эльфов. Ну как побывал — по службе нанёс визит, так сказать. Тогда уже с этими эльфами открытых конфликтов не было.
Там он, сам того не желая, так приглянулся одной высшей эльфийке, да ещё и из знатного рода, что она проявила к нему откровенный сексуальный интерес. Особенно её заводило то, что он ядовит. Какой-то свой
