Привычный мир - Хван Согён
— Но от водки еще хуже становится.
— Где он живет, кто знает?
— Напротив нас. А отец его в другом месте.
Мужчина в меховой шапке подошел, взвалил Крота на спину и понес в сторону трущоб. Когда Пучеглазый пришел домой, Плешивого нигде не было. Он вдруг резко почувствовал себя пьяным. Пучеглазый сел у стены и забормотал: «Ну круто. Вот и я перебрал… Да какая разница, все равно я кончу здесь так же, как Асюра, брат Крота или сам Крот…» Пучеглазый рухнул на одеяло, но вдруг вспомнил что-то и полез в карман. Достал шуршащий полиэтиленовый пакет и, поколебавшись немного, раскрыл его двумя руками и медленно опустил в него рот и нос. Ну его, это всё. Он глубоко вдохнул. Сначала от запаха резины и бензина у него закружилась голова и дыхание сперло. Пучеглазый приоткрыл рот и снова вдохнул. В голове зажужжало, как летом, когда вовсю стрекочут цикады, сознание помутнело. Пучеглазый нащупал изголовье кровати и стал размахивать руками. Вдруг он на что-то наткнулся. Это еще что? В полубреду парень нажал на кнопку, и вспыхнул экран.
Электрические звуки полились прямо в уши. Экран становился все больше, а тело мальчика уменьшалось под пиликанье игрушки. И вот я уже в синем комбинезоне и красной кепке преодолеваю препятствия. Вокруг отвесные стены из бетонита, в одной из них показалась дверь. Захожу в нее, и вдруг все изменилось. Небо стало синее-синее, а по нему бегут круглые облака. Рядом остроконечные верхушки деревьев. Вдалеке синее небо упирается в ровную желтую землю. Но если присмотреться, синее небо выкрашено краской, облака сделаны из полиуретановой пены, лес — из полиэтилена и пластика, земля составлена из мелких шариков латекса, газон — это полипропилен, а дорога, стены и искусственный камень — синтетический пластик. На широкой равнине возвышаются, сверкая, здания из металлолома, стекла и цемента. Похоже на какой-то новый город. Только вот людей совсем нет. Рядом с клумбой, где вовсю распустились пластиковые растения и цветы, стоят виноградники и яблони, их плоды гладкие и блестящие — все сделаны из пластика. Навстречу идет что-то вроде болонки. Шерсть у нее из полистирола и синтетического волокна, глаза красные, она рычит. Но я продолжаю просто идти. Думал, она отойдет, но нет, мы столкнулись, и все тело онемело, словно меня током ударило, я врезаюсь в светящийся стеклянный экран и падаю в пропасть. Перед глазами снова свет — и я опять оказываюсь в той же точке, где начинал, иду по узкой тропинке между отвесных стен и захожу в дверь. Иду по тому же пути и у клумбы опять сталкиваюсь с собакой-чудовищем. Я поворачиваюсь, чтобы идти обратно, а там снова чудовище. Это что-то вроде черепахи, ползет близко-близко к земле. И вот их много, они уже со всех сторон ползут ко мне. Я слегка топаю ногой и поднимаюсь вверх. Топаю сильнее и выше взмываю. Высоко прыгая, я наступаю на черепаху, и она со звуком «би-ип», словно мыльная пена, взрывается. Один за другим на меня наступают монстры. А я все прыгаю и давлю их всех по очереди. Я прыгаю-прыгаю, на небе парят еще два чудовища, один выше другого, словно лестница. Я делаю еще прыжок и достаю до звездочки на самом верху, и на небе высвечивается золотыми цифрами количество моих очков. Я отправляюсь на плотину на другой стороне. Перехожу по деревянному мосту. Передо мной собака-чудовище и стая летучих мышей разлетаются в стороны, как клочки бумаги. Я взрываю чудовище, двумя руками расталкиваю летучих мышей и победителем перехожу мост. Мне нет дороги обратно. Иду размеренным шагом, марширую под торжественную музыку. Но вдруг — ой! — я падаю в открытый люк. Я долго лечу и потом оказываюсь в подземном мире, похожем на пещеру. Здесь все по-другому. Струится липкая река из краски, рядом искусственные камни и акриловый водопад. Иду дальше и вдруг вижу, что вокруг меня кишат монстры из резиновых шариков, с рогами и хвостами, по форме напоминающие крокодилов. От них сильно пахнет бензином. Я снова прыгаю по ним, и чудища лопаются. Теперь передо мной высится огромная гора из мусора. Ее окружает липкое болото бензина, пруд, сверкающий красными огнями, а с вершины тянется длинная веревка из чего-то вроде консервных банок, продолговатых бутылок, мятых тряпок, проволоки, спутанной, как клубок шерсти, сломанных ящиков. Я хватаюсь за веревку и лезу наверх. Надо мной разевает пасть огромный крокодил, больше тех чудищ, что были прежде. Я прыгаю на него двумя ногами, и он взрывается. Перехожу через мост, а там стоит сам сатана в развевающемся плаще. Он извергает огонь, как дракон. Если коснуться этого пламени, можно снова провалиться в пропасть. Я прыгаю по висящим в воздухе камешкам еще выше. Потом спускаюсь, прыгая по головам чудовищ — раз, два, три! — и все они взрываются. Снова подпрыгиваю до золотой бусинки, лежащей на тарелке. Музыка звучит громче, вокруг взрываются фейерверки, и в воздухе высвечивается количество набранных мной очков. Над фейерверками развернулась бездна. Изо всех сил я прыгаю как можно выше и, наконец, выбираюсь из темной мрачной пещеры и оказываюсь в другом мире. Здесь намного просторнее. Здесь нет никого, с кем я мог бы поговорить, с кем погулять и у кого попросить помощи. Дома, деревья, камни, река — это все препятствия, а чудовища — мои враги, которые пытаются скинуть меня в точку отсчета. Я не могу вернуться и вынужден лишь бесконечно прыгать, перелетать, выпрыгивать, хвататься за что-то, висеть, одолевать врагов и получать очки. С трудом набрав основное количество баллов, я снова оказываюсь у двери. Я не могу снова оказаться по другую сторону экрана, не могу дать задний ход. Я бесконечно повторяю одни и те же действия, но сколько бы очков я ни набирал, я все равно рано или поздно возвращаюсь в точку отсчета. Я стою перед дверью и вдруг слышу сиплый голос сзади: «Слышишь, не ходи. Тебе это только кажется». Я оборачиваюсь и вижу дядюшку Кима. «А вы что здесь делаете?» — спрашиваю его, а он отвечает: «Люди шли этой дорогой и все испортили. Им казалось, что это короткий путь, но за него пришлось заплатить ужасную цену. Не забывай, что все вещи в мире связаны с тобой как сетью». В моей голове всплыло смутное воспоминание, и я крикнул: «Дедушка, мы были у вас в деревне. Это не то, что здесь?» — «Не сказать, что другое. Наша деревня всегда находится рядом
