Кофе с собой или Свадьба (не)отменяется! - Елена Северная
— Привет, — тихо сказал Марк. — Нам надо поговорить.
У меня в приоритете еда, поэтому я только молча кивнула и занялась изучением содержимого хладника.
В нём на полочке одиноко стоял стакан с розоватой жидкостью. Не густо. Ну, хоть что-то. Выпив залпом кисель с приятной кислинкой, я молча дохромала до кровати, рухнула на неё, натянула простыню до самого подбородка и хмуро роизнесла:
— Начнём с главного: я хочу знать всё о проводниках. И о том, как мне научиться контролировать себя, потому, что не горю желанием каждый раз превращаться в пустыню.
Марк вздохнул, присел на единственный стул и потёр лоб.
— Ты научишься. Магистр Ферроу уже поскандалил с леди Кассади, но вытребовал дополнительный два часа занятий в неделю. Ты бы видела, с каким энтузиазмом они препирались!
— Когда ты понял, что я — проводник? — задала я главный вопрос.
— Помнишь, ты заметила у меня в глазах огонь?
Я напряглась: ну, было такое, но тогда не придала этому значения. Списала всё на проявление совмещённой огненной магии у портальщиков.
— Когда встречается Излучатель и Проводник, всегда так бывает.
— Со всеми? — уточнила я, в надежде услышать что-нибудь особенное.
Мне очень хотелось, чтобы он сказал: «Только с избранными», или «Только с истинными парами», ведь тогда вопрос о нашей свадьбе был бы решён. Но он буднично ответил:
— Проводник подходит любому Излучателю, а после… хм… первой близости, потенциал Излучателя увеличивается в разы. Поэтому я скрывал твой дар, сколько мог. В нашем государстве пока известны три Излучателя: я, мой отец и император. Но в соседнем, — четверо, и трое из них не женаты.
Это было похоже на удар моей любимой большой чугунной сковородкой по голове. То есть, он знал обо всём с самого начала? Волна обиды потихоньку начала заполнять душу.
— Ты знал и молчал? Почему?
— Мне бы тоже хотелось это узнать! — прогремел зычный голос.
В дверях палаты стоял сам император, собственной злющей персоной. Казалось, даже дым из ноздрей валит!
— Дядя! — сразу помрачнел Марк.
— Племянник! — ехидно парировал император.
Затем подошёл ближе и осведомился:
— Не уступишь старшим место?
— Смотря где, — ещё больше ощетинился Марк.
— Пока только на стуле!
Марк нехотя встал, повинуясь невидимой силе, но от кровати не отошёл, так и остался стоять в изголовье.
— О твоём поступке мы дома поговорим, — припечатал император. — Ты понимаешь, что ожидает Эйтину, если хоть толика информации о её даре просочится?
— Я делал всё возможное! — горячо заверил Марк. — Я опекал Тину, тенью старался быть всегда рядом!
Так вот какова основная причина его внимания ко мне! А я-то, дурочка, думала… «Как ошибаются наивные девочки!» — пропело внутри уязвлённое самолюбие.
— Думал он, — передразнил император. — Пока ты думал, я взял магическую клятву на крови у декана факультета огня и бытовика о неразглашении.
— Спасибо, конечно, но я и сам бы мог ввести их в курс дела.
— Значит, так, — император сложил могучие руки на груди, будто воздвигая неприступную крепость перед собой, — кто не успел, тот опоздал! Неудачникам не место рядом с победителями.
Я непонимающе переводила взгляд с одного посетителя на другого. Разгадка прозвучала вторым ударом сковородки:
— Ты поняла, что являешься уникальной невестой? — повернулся ко мне император. В его глазах вспыхнул «тот самый» неповторимый огонь. — Тебе единственной даруется возможность выйти замуж за императора без каких-либо отборочных процедур?
— Дядя!
— Я сказал! — император взмахом руки словно издал новый закон, его взгляд был полон решимости. — И не сметь мне перечить! Не дома с няньками! Ты, Марк, сохранил дар Эйтины в тайне, спасибо тебе. Но теперь, когда он раскрыт, хотя бы частично, ситуация изменилась. И девушка имеет право на защиту. А кто лучше императора сможет её защитить?
Марк сжал кулаки, костяшки пальцев опасно побелели, но он смолчал, скованный долгом. Я же, оглушённая, смотрела то на императора, то на Марка. Уникальная невеста? Выйти замуж за императора? Без отбора? Это звучало как сказка, как мираж, но реальность была куда прозаичнее и пугающей.
— Почему я? — прошептала я, чувствуя, что ладони стали горячими. — Я же просто…
— Ты не просто, — перебил меня император, его властный голос слегка смягчился. — Ты — единственная, кто может стать моим Проводником. Это значит, ты — ключ к моей силе. К силе всего нашего государства.
Его глаза, такие же, как у Марка, смотрели прямо в душу. Говорят, императорам не отказывают? Значит, — буду первой.
— Я не хочу быть ключом! — заявила я твёрдо. — Я хочу быть собой! Я хочу научиться контролировать свой дар, а не быть разменной монетой!
— Ты научишься, я помогу! — решительно сказал Марк. — И никто не посмеет использовать тебя!
Император усмехнулся. Огонь в глазах уступил место презрению. Это было презрение к молодости и неопытности.
— Ты слишком молод, чтобы понимать, что такое долг, Марк, — потвердил он мои ощущения. — А ты, Эйтина, слишком наивна. Ты думаешь, что можешь быть «просто собой» в этом мире? Мир требует жертв. И иногда эти жертвы — самые ценные.
Он снова посмотрел на меня и в его взгляде я увидела не только власть, но и тоску. Она эхом отзывалась на какие-то далёкие события в жизни властителя нашего государства.
— Я не хочу быть жертвой, — упрямо повторила я. — Я хочу быть сильной. Но не ценой своей свободы.
— Свобода — это иллюзия, — тихо сказал император. Мне показалось, что мы стоим на пороге его тайны. Но нет. Дальше император нас не впустил. — Особенно для таких, как ты. Но я дам тебе шанс. Но знай, девочка, выбор, который ты сделаешь, повлияет не только на твою жизнь, но и на судьбу всего нашего мира.
Он повернулся к Марку:
— А ты, племянник, будь начеку. Я не потерплю никаких попыток помешать этому союзу. И если ты думаешь, что сможешь защитить её от меня… ты глубоко ошибаешься. Я сейчас же наложу вето на любую свадьбу с ней в качестве невесты. Любая свадьба — отменяется! — и сделал жест рукой. Тут же пространство опалил призрачный огонь, — магия запечатала приказ.
Император вышел так же внезапно, как и появился, лишь оставив после себя странное предчувствие.
— Не очень-то и хотелось, — буркнула я, понимая, что теперь на семейной жизни уж точно можно поставить крест. И всё
