Обречённые. Дилогия - Эмили Рэй
Пару секунд смотрю прямо в глаза, после чего серьёзным тоном сообщаю:
– Отговорить прыгать, – и выдаю саркастическую ухмылку.
Тони откидывает голову на камень и парирует:
– Я же не ты.
– Я не прыгала, там доска…
– Да-да, проломилась, – перебивает он. – Но серьёзно, зачем ты пришла?
Вопрос прокручивается в голове на повторе.
Зачем я пришла? Действительно, зачем? Потому что просто захотела. Разве всегда нужна причина?
Отвожу взгляд и устремляю его вниз, на бескрайний лес. Сегодня безветренно и зелёные макушки стоят практически неподвижно.
– Не надо, Джейн.
Возвращаю внимание на собеседника.
– Не ходи за мной, – Тони снова смотрит на меня, и на этот раз говорит тихо и максимально серьёзно.
– За тобой?.. – непонимающе переспрашиваю я, на что получаю отрицательные качания головой.
– Ты не знаешь, кто я. Не знаешь, какой на самом деле. То, что… – он сглатывает. – Что спас тебя – ничего не значит. Просто забудь и живи дальше.
Сердце замедляет удары. Слова доносятся до сознания тяжело, с опозданием, словно через толщу воды.
– Не понимаю, – шепчу я. – Ты же сам шёл на контакт, общение, а теперь… – в горле образуется ком, не дающий договорить, подобрать слова, осознать то, что вертится на языке.
– Да, – парень цокает языком и втягивает через полуприкрытые зубы воздух. – Моя ошибка. Не думал, что ты начнёшь привязываться.
– Привязываться?! – прорывает меня. – Так ты называешь здоровое общение двух людей?
– Общение? – уточняет Тони в моей же манере. – Джейн, не обманывай себя. Я слышу твоё сердце, – напоминает он. – Слышу твоё дыхание. Я знаю все твои реакции на мои слова и действия и знаю, как ты реагируешь на слова и действия других.
На короткий миг затаиваю дыхание, понимая, к чему он ведёт.
– Не надо, – повторяет Бойд. – Лучше сейчас, потом будет больнее.
Дыхание снова учащается, несколько раз моргаю. Я могу поспорить, могу отшутиться, но к чему это, если у нас разговор по душам?
Вот и он. Тоже отталкивает меня. Ещё минус один человек.
С трудом сглатываю тяжёлое ощущение, сковавшее меня по всем фронтам. Некоторое время рассматриваю текстуру булыжника, чтобы не встречаться глазами с вампиром. Понимаю, что слишком сильно погрузилась в себя и прикусила нижнюю губу, когда ощущаю привкус крови. Провожу языком по внутренней стороне губы, смазывая им небольшую каплю. Это простое действие приводит меня в себя, хотя лучше бы мне, наверное, оставаться в прострации: грудь сдавливает под тяжестью смешавшихся чувств.
Ну а что я думала? Что буду другом вампиру? Или надеялась на что-то большее?
Воспоминания о прошлых разговорах с Бойдом всплывают яркими пятнами на тёмном экране подсознания. От злости снова прикусываю губу в том же месте и сглатываю уже большее количество крови.
А может, он так реагирует на скорбь?– проскакивает надежда, но тут же угасает. –Это больше похоже на то, что скорбь заставила его снять маску и сказать правду.
В какой-то момент интуитивно понимаю, что Тони наблюдает, а я слишком долго сижу в молчании. Поднимаюсь на ноги, не взглянув на парня. Делаю несколько шагов в сторону забора, но потом останавливаюсь. Заставляю себя открыть рот и буквально выдавить слова:
– Ответь только на один вопрос: почему ты не вынес Жозель сам, если не хотел её упускать?
Жду ответа, не поворачиваясь. Не хочу видеть его, ещё слишком обидно. В моей жизни рано или поздно уходят все. Тем или иным способом, но покидают меня, оставляя одну. Казалось бы, у меня есть Леона, но и она в своё время максимально снизила количество нашего общения, когда вырвалась из родительского дома. Если бы не похороны мамы, она бы и сейчас отвечала на сообщения раз в неделю и не брала трубку.
Что со мной не так?..
Я чувствую себя сломанной куклой, дефект которой обнаруживается только после покупки. И вот её раз за разом приносят обратно в магазин по гарантии, но починить не могут и оставляют как есть – а вдруг кому-нибудь и такая понравится?
Остро чувствую близость обрыва за спиной. Как никогда интуитивно могу предугадать количество шагов до него. Казалось бы, он может решить все проблемы. Но и тут тупик: в нашу первую с Тони встречу я прочувствовала ценность жизни так остро, что не решусь когда-либо покончить с ней самостоятельно.
– О чём ты? – отзывается парень. – Когда я вернулся, её уже не было.
Значит, шашку кинул кто-то другой.
– Ты была там? – продолжает Бойд.
Хочется ответить «да, это я увела у тебя заложника», будто это немного снизит напряжение во мне и сделает больно ему, но я прекрасно понимаю, что так это не работает, а потому говорю правду:
– Нет.
Делаю шаг, но Тони не собирается заканчивать диалог:
– Но ты знаешь, что там произошло? – вопрос близок к утверждению.
– Фелиция пытала Жозель, пока кто-то не закинул шашку.
Не собираясь больше оставаться, направляюсь к дыре в заборе, когда слышу:
– Фелиция не стала бы этого делать.
Эта фраза от чего-то настолько сильно выбешивает меня, – выбешивает то, что он сомневается в моих словах, что я поворачиваюсь и без грамма уважения заявляю:
– Но всё же это была она, только если у неё нет сестры-близняшки.
На лице вампира появляется знакомая предвкушающая ухмылка.
23. ОДРИ
– Да не вырывайся ты, Кики! – шиплю я, удерживая кошку двумя руками. – Что с тобой такое?
Поднимаюсь на крыльцо Фитчеров в надежде застать Джейн. Кики ещё больше беснуется, пытаясь извернуться и сбежать, но я не намерена сдаваться так быстро. Стучу в дверь, молясь о скорейшем её открытии. Быстрее бы выпустить этого зверя из рук. К тому же, на крыльце начинают появляться первые мокрые точки, а воздух из-за нависших туч становится холоднее и мир бесцветнее.
Кики впервые за нашу не самую приятную прогулку издаёт яростное шипение и в попытке побега выпускает когти. Ладони обжигает острая боль, зажимаю кошку внутренней частью локтя, чтобы не подставляться под удар.
– Зачем ты мучаешь животное? – доносится из-за приоткрытой двери.
– Кто кого мучает! – в сердцах выпаливаю я и только потом обращаю внимание
