Ангел-мститель (СИ) - Ирина Буря
У него желваки заиграли. Забеспокоившись, я толкнула его ногой под столом. Он повернул ко мне лицо, на котором было неразборчиво написано что-то об участи, ожидающей того, кто первым поднимает меч.
Я незаметно покачала головой.
Он неумолимо кивнул.
И вышел вслед за Мариной.
Тут же поднялся и Сергей.
— Олег, пойдем — тарелки отнесем, — неожиданно внушительно заявил он, — а то мама устала, того и гляди — рассердится.
Олежка надулся, но, испуганно глянув на мать, потом — на бассейн, понуро поплелся за отцом на кухню.
Проводив их взглядом, Светка тяжело вздохнула.
— А что это Анатолий сегодня какой-то… как сам не свой? — спросила вдруг она. — Вот уж никогда бы не подумала, что у него такой зуб на Марину отрастет — ведь год уже с того недоразумения прошел. Или это он от мяса агрессивным сделался? Я давно уже хотела спросить — с чего это он от вегетарианства отказался?
Скрипнув зубами, я опять принялась выкручиваться. И кто-то будет еще мне рассказывать о том, что один творит, а остальные его шедевры разгребают?
— У него сейчас столько работы, что на одних овощах не продержишься, — пошутила я. — Да и мне сейчас белок в обязательном порядке нужен, а ведь готовит он — на разные блюда уже времени нет. А с Мариной они постоянно цапаются, это у них — что-то вроде разминки у спортсменов… — У меня просто язык не повернулся вслух сказать, что агрессивности в нем и в помине нет. — Он ведь по долгу службы склоняется к словесному разрешению конфликтов, а Марина — человек действия, ты же знаешь…
— Да уж… — Светка искоса глянула на меня. — Что-то у нее в последнее время уж слишком глаза разгорелись…
Я почувствовала, что нужно срочно менять тему разговора.
— Так это же — Марина! — примирительно махнула я рукой. — Ты мне лучше скажи, что с Олежкой случилось?
— Ох, Татьяна! — выдохнула она. — Садик с ним случился — вот что. Их в группе двадцать человек, и на всех одна воспитательница с нянечкой — куда уж за всеми уследить. А дети — разные: и ругаются, и плюются, он уже и драться начал… И с едой фокусы начались — набрался от других: «Не буду!» и все! А если с воспитательницей это «Не буду!» проходит, отчего же и дома не попробовать…
Слушая Светку, я нервно поглядывала через окно. На этот раз Марина с моим ангелом остались в зоне прямой видимости. Добравшись до гаража, Марина резко повернулась к нему лицом, сложила руки на груди и что-то коротко сказала. В ответ он принялся рубить ребром ладони воздух — жаль, я лицо его не видела. Судя по Марининому лицу, однако, все его слова нисколько ее не задевали — она то и дело насмешливо прищуривалась, склонив голову то к одному, то к другому плечу, и бросала короткую реплику. Которая, похоже, только масла в огонь подливала. Господи, хоть бы до драки не дошло — хороша я буду со своими разговорами о «разминке»!
— … Честно говоря, я вообще не знаю, что делать! — произнесла вдруг Светка уже совершенно расстроенным тоном.
Я мгновенно пришла в себя. Что за глупости насчет драки в голову лезут — не допустят небесные силы такой дискредитации собственного представителя! А мне не к лицу забывать о своей извечной роли Большого Уха — да и самой весьма полезно будет послушать, что меня через пару лет ждет.
— Так ты, что, увольняться будешь? — участливо спросила я Светку.
— Да я уже думала — не выход это! — Она досадливо цокнула языком. — Ему ведь все равно рано или поздно придется в детский коллектив вливаться — хоть в школе…
— А может, тебе на полставки перейти? — предложила я. — Пусть с утра… вливается, а ты его после обеда будешь от всего ненужного отучать.
— Ага, — саркастически кивнула Светка, — будут меня на полставки держать! Они скорее предпочтут, чтобы за одну ставку двойной объем работы выполнялся.
Я сочувственно кивнула. Вот у нас тоже — Сан Саныч не стесняется меня обязанностями менеджера по продажам нагружать, когда надобности в переводе нет.
— Нет, ты не подумай — я не жалуюсь, что мне сейчас больше работать приходится! — разгорячилась вдруг Светка. — Я и домой работу сама беру, без напоминаний — переводческие навыки-то подрастерялись, и новые издательские программы вышли за это время… Меня они напрямую, конечно, не касаются, но надо же разобраться, как теперь коллектив работает… Но меня обстановка в нем убивает!
Я удивленно глянула на нее. Вот в нашем офисе что-что, а атмосфера такая, что не жалко и за двоих работать.
— Что-то у них за время моего отсутствия поменялось, — хмуро пояснила Светка, — и совсем не к лучшему. Каждый в свое уткнулся — за целый день могут ни разу глаз не поднять. А спросишь о чем-то — во взгляде такое подозрение, что чуть назад не отбрасывает. А к начальству вообще не подступись — секретаршу такую поставили, что в глаза смотрит и врет, что главного редактора сегодня нет и не будет, когда он пять минут назад к себе в кабинет прошел. И ладно бы только мне, а то ведь и заказчикам тоже.
Я нахмурилась — обмануть клиента у нас в фирме не решился бы никто. Больше одного раза…
В этот момент небесные силы дали, наконец, знать о себе — выпустив из кухни на веранду Олежку, который пулей проскочил мимо нас со Светкой на улицу и ринулся к моему ангелу.
— Куда…? — завопила Светка и тут же махнула рукой. — А, ладно, пусть бежит, я хоть душу отведу. С Сергеем говорить… У него один ответ: бросай все к чертовой матери и воспитывай ребенка, как следует. Против моей зарплаты он, однако, не возражает. — Она поджала губы. — Хотя мне она уже поперек горла.
Я вытаращилась на нее во все глаза. Мне еще в жизни не приходилось слышать, чтобы кто-нибудь жаловался на то, что получает зарплату. Даже Тоша недавно у Сан Саныча повышение вытребовал.
— И не смотри на меня так! — буркнула Светка. — Я недавно краем уха услышала, что когда меня не было, нового сотрудника в штат не брали — переводчиков со стороны нанимали, то одного, то другого… И каждому обязательно для пробы один-два рассказа или главы вручали — для оценки их стиля. Так сборник или отдельная книга и набирались — а испытуемым сокрушенно сообщали о слабости перевода. После чего можно было спокойно брать следующих —
