Первый практикум. Напиток бессмертия (СИ) - Ина Воронина
Взгляд Виктора метнулся к большим часам на стене. Двадцать второе сентября, он зашёл в триста первый кабинет всего два часа назад. Как это может быть? А танцы и плот на Ганге? Привиделись? Стах Глебович терпеливо ждал, когда Богданов хоть что-нибудь выдавит из себя. Взгляд директора упал на кружку с рыбкой.
— Опять кого-то притащили, — тихо буркнул он. — Мало нам было кота, пса, бабочек и прочей фауны…
Виктор невольно тоже посмотрел на кружку. В ней раздался отчётливый плюх. Рыбка возмущалась столь тесным жилищем. Рыбка! Морская. Она же откуда-то взялась… И рваный костюм… Может, Стах Глебович и Саша просто дурят ему мозги? Саша вот вообще сидит молчком и почти не шевелится. Виктор принял решение.
— Саша, дайте ещё листок, пожалуйста! — попросил он.
— Я порву и это заявление тоже, — спокойно ответил Стах Глебович.
— Вы не имеете права! — вскричал Виктор.
— Имею! — отрезал Стах Глебович.
— Крепостное право у нас отменили в тысяча восемьсот шестьдесят первом! — насел Виктор.
— Саша, будь добра, подай трудовой договор господина Богданова Виктора Петровича, собственноручно подписанный им в здравом уме и твёрдой памяти, — с насмешливой улыбкой сказал директор, не сводя глаз с Виктора.
Саша не замешкалась ни на секунду. В руку Стаха Глебовича легла пачка бумаг, та самая, на которую Виктор нечаянно посадил кляксу, уколовшись о перьевую ручку. Экземпляр работодателя. Виктор похолодел, заподозрив что-то неладное. Директор небрежным движением шлёпнул договор на стол перед носом учителя и предложил:
— Ознакомьтесь, Виктор Петрович. Параграф четыре, пункты с первого по четвёртый.
Виктор ещё секунду смотрел на Стаха Глебовича, но потом всё же начал листать договор.
§ 4 Увольнение сотрудника.
Настоящий договор является бессрочным и может быть расторгнут исключительно в письменной форме с подписями обеих сторон по инициативе работодателя, по соглашению сторон или в случае смерти сотрудника.
Сотрудник обязуется отработать на работодателя не менее стандартного года со дня подписания настоящего договора.
В случае расторжения настоящего договора по инициативе сотрудника без согласования с работодателем сотрудник обязуется выплатить работодателю компенсацию в размере 10 (десяти) годовых окладов (см. § 3 Оплата труда) в срок до 18:00 местного времени точки местонахождения сотрудника в момент объявления желания о расторжении договора. Если для данной точки местонахождения время 18:00 специфично недостижимо, выплата производится в течение 8 (восьми) стандартных часов с момента объявления о желании расторгнуть договор. В случае невыплаты компенсации в указанном размере и в указанный срок работодатель оставляет за собой право применять карательные меры к сотруднику и его ближайшим родственникам. Характер карательных мер остаётся на усмотрение работодателя.
Сотрудник может без последующих санкций отозвать решение о расторжении договора в срок до 18:00 местного времени точки местонахождения сотрудника в момент объявления желания о расторжении договора или в течение 8 (восьми) стандартных часов с момента объявления о желании расторгнуть договор, если для данной точки местонахождения время 18:00 специфично недостижимо.
Виктор выпученными глазами уставился в ухмыляющееся лицо Стаха Глебовича.
— Что это за бред сумасшедшего здесь написан? — прошептал он.
— Виктор Петрович, Вы сами поставили свою подпись на договоре, — Стах Глебович глазами указал на Викторову закорючку, стоявшую в нижнем правом углу в строке «Сотрудник».
— Но это же…
Богданов покрылся потом. Он вспомнил, как радовался большой зарплате, указанной в договоре. Он даже не успел получить её полностью, поскольку отработал меньше месяца. В голове пронеслись картины, где он продаёт свою бесценную библиотеку и носится по старым университетским знакомым в попытке занять денег. Мысли эти Виктор отринул сразу. Даже десять месячных окладов были бы неподъёмной суммой, не говоря о годовых. Потом перед глазами встала голодающая мама, стоящая с протянутой рукой на заснеженной улице, и Виктору стало совсем худо.
— Я не хочу особо давить, но… — сказал Стах Глебович.
И говорил он с такой гаденькой улыбкой, что сразу стало понятно, именно надавить он и хочет. Директор указал на часы на стене. Они показывали без пяти шесть. Виктор застыл, сглотнул. Взгляд его беспомощно метался между злорадным лицом Стаха Глебовича, встревоженным — Саши, лежащим на столе договором, неумолимо тикающими часами. Затем он почему-то посмотрел в окно, за которым нежно и спокойно светило солнышко.
— Чёрт подери! Ладно! Ваша взяла! — в отчаянии вскричал Виктор.
Богданов вскочил, запустил руки в волосы, ещё больше их взъерошив, и вылетел из приёмной директора.
— На работу в понедельник к восьми тридцати! Не опаздывать! — наказывал голос Стаха Глебовича за спиной.
Богданов брёл по коридорам, не разбирая дороги. Он не замечал, что в школе по всем этажам соблазнительно пахнет сдобой. Школу за два часа его отсутствия украсили венками из пожелтевших листьев и спелых колосьев. В одном из коридоров стоял накрытый грубой скатертью стол, на который водрузили огромный рог изобилия, сплетённый из веточек. Из рога сыпались спелые фрукты и ягоды, укрывая стол сладко пахнущим аппетитным ковром. Над дверью триста первого кабинета кто-то привесил ветвистые оленьи рога, с которых свисали сплетённые из колосьев и травы куколки. Богданов споткнулся об огромную тыкву, лежащую на полу, но не обратил на это никакого внимания.
Учитель вошёл в кабинет и хлопнул за собой дверью. Ошмёток его штанины оказался зажат в двери и оторвался, громко хрупнув, при первом же шаге. Виктор бездумно поплёлся за стол и сел, обхватив голову руками. На столе неизвестно откуда появилась стопка чистой форменной одежды и пара ботинок. Богданов вообще перестал что-либо понимать.
И тут он похолодел. Учителя накрыло осознание: ему не сбежать до конца года, это не конец. Это ещё не конец. Будут ещё практики.
От автора.
Учитесь! В детстве, отрочестве, зрелости, старости. Это полезно для вашего мозга. Как ни банально: пока вы учитесь, вы не деградируете! Учитесь! Никто и никогда не знает, какие умения вам пригодятся. Это может помочь вам спасти жизнь, как нашим героям. Ведь события, описанные в книге — вымышленные. А вот навыки — вполне настоящие. Учитесь! В нашей голове никогда не заканчивается место для знаний, поэтому они не бывают лишними. Знания — это такая странная вещь, которая не уменьшается, если её разделять с другими. У меня был мешок знаний, я поделилась им с вами. Теперь у меня — мешок знаний и у вас — мешок знаний. Здорово, правда?
Теперь о содержании. Оптика. Зрелищная и странная наука о неуловимом свете. В школе казалось: «Ну зачем мне все эти выпуклые и впуклые линзы?! За пределами школы они никогда не пригодятся!» И зря. Есть очень много совершенно разных профессий, в которых
