Первая формула - Р. Р. Вирди

– Никто и не дозволяет.

– Где же ты его прячешь? – удивилась она.

– Нигде не прячу. Это вообще не мой котенок. Нашел на улице.

– То есть ты ввязался в драку из-за бродячего кота?

Я мотнул головой.

– Похоже, ты умом не блещешь.

Я сердито вытаращил глаза, готовясь сказать что-нибудь обидное, однако девушка искренне рассмеялась.

– Глупый, но милый. – Она почесала котенка за ухом, и тот блаженно заурчал. – Что собираешься с ним делать?

Вот этого я как раз не знал и решил не отвечать.

Семи закончила заниматься моими ранами, и я вытащил из кармана серебряную монету – следовало отплатить за доброе отношение, к тому же меня в буквальном смысле спасли.

Наверное, это баснословные деньги, однако в какую сумму должен был я оценить свою жизнь? Будь у меня золотой, я не задумался бы отдать и его. Однако золотого не было – осталось лишь несколько серебряных монет.

Семи с матерью попытались убедить меня, что им столько не нужно, и я, подражая им, сделал вид, что уговоров не слышу.

Вышел я также через заднюю дверь, сунув котенка под плащ и завернув его в складки теплой мантии. К моему облегчению, на обратном пути он молчал. И слава богу – сегодня на мою долю приключений хватило. Я вновь обследовал торговую площадь Гала, на которой когда-то спрыгнул с повозки Ясима.

Лудильщика не было.

Поговорив с торговцами на улице и выяснив, что в город желто-зеленый фургон не заезжал, я совсем пал духом. Сдавшись, мрачно побрел к лестнице, ведущей в Ашрам.

– Эй, мальчик! – окликнули меня сзади.

Знакомый голос! Я обернулся. Так и есть – быки лудильщика остановились совсем недалеко. Что ж, стоило вытерпеть утреннюю взбучку! Забыв о боли и холоде, я заковылял навстречу. Шаг старался не ускорять, чтобы не растревожить раны. Сломать-то мне вроде бы ничего не сломали – во всяком случае, я на это надеялся, – однако от полученных ударов все туловище тупо ныло.

– Эй, лудильщик, какие новости? – слабо улыбнулся я.

Он ответил мне радостной ухмылкой:

– Самые разные. Ты наверняка захочешь меня послушать, а в фургоне, если что, лежат всякие сокровища. Не желаешь покопаться? Или начнем со слухов и сплетен?

Ответил я не сразу, засмотревшись на металлические плашки, закрепленные на бортах фургона. Каждая из них занятно играла на свету, однако дело было не в этом. Что-то с ними не так, а вот что? Я подошел к быкам, погладил одного по мощной холке. Тот ничуть не возражал.

– Да что на тебя нашло, парень?

Лудильщик вытащил маленький горшок с неровными боками. Снял крышку с торчащим из нее полым стержнем и бросил внутрь зажженную палочку с пороховой головкой. Закрыл горшок, и сквозь стержень начал просачиваться дымок. Лудильщик сделал глубокую затяжку и выдул дым через нос.

– Надо быть слепым, чтобы не увидеть: тебе сегодня здорово досталось. Неужто встрял в неприятности в Ашраме?

Я неопределенно помахал рукой, почти не обращая внимания на лудильщика.

– Скорее неприятности последовали за мной в Гал. Или я за ними.

Я продолжал разглядывать металлические шишечки и полоски, бегущие по борту, пытаясь разобраться в их сочетаниях.

Похоже, какой-то тайный шифр. Уж не кроется ли за этими штучками история? Я коснулся одной из них кончиком пальца.

– Что тебя привлекло? Если не считать некоторых странников и самих лудильщиков, мало кто понимает: это не просто причудливые украшения.

– Хм, интересно…

Я присмотрелся к расположению шишечек и полосок. Готов голову дать на отсечение: прошлый раз они были размещены иначе. Хм, да что же это такое?

– Ты прав, парень.

Лудильщик снова втянул дым и выдохнул его в воздух.

Я принюхался: пахло пряной вишней и духом свежевскопанной земли после дождя. У меня защекотало ноздри.

– Это древний язык, древнее, чем наречие торговцев. Его изобрели мы, лудильщики. – В голосе фургонщика звучала гордость. – Языком торговцев мы пользуемся, путешествуя по миру, разбираясь в нем и его историях. Однако мы должны отправлять друг другу тайные послания, смысла которых больше никто не сможет постигнуть. Бросив взгляд на мой фургон, другой лудильщик прочтет, где я был, хорошо ли торговал или… или где-то меня ждал плохой прием.

Судя по его тону, с последним лудильщики сталкивались нечасто.

– Здесь можно прочесть предупреждение о перекрывшем дорогу буреломе, о наводнении, о шайках бандитов или других неприятностях. Член нашего клана поймет, готов ли ты на время объединиться с ним в караван. Порой мы так и делаем, но чаще путешествуем в одиночку. Иногда размещаем на бортах сообщения об умерших членах семьи, чтобы остальные могли их оплакать.

Я сделал шаг назад и вгляделся в символы, пытаясь представить их как фразы. Точки и тире… Посторонний взгляд ничего в них не обнаружит, а при необходимости легко составить шишечки и полоски в сообщения, когда в этом возникает необходимость.

Секретная система, с помощью которой рассказывают тайные истории. Я был очарован:

– Научишь пользоваться?

Лудильщик сжал в зубах стержень и задвигал челюстями, словно пытаясь его сжевать.

– Если честно, меня о таком просят нечасто.

И все же сразу он мне не отказал. Я на него не давил – пусть решит сам, – зато сделал кое-что другое. Просто молча уставился ему в глаза с надеждой и мольбой, на которые способен несчастный голодный мальчишка. Удачно, что после драки я выглядел весьма скверно.

– Ну… – Лудильщик заговорил, не переставая жевать трубочку, – в общем-то, можно, только, видишь ли, я за бесплатно не учу. – Он многозначительно потер пальцем о палец.

Я усмехнулся – в жалостливом взгляде более необходимости не было:

– Ничего, переживу.

Лудильщик засмеялся, выпустив струйку дыма:

– Прямо не знаю, как тебя учить и когда. Пожалуй, расторгуюсь, тогда и займемся твоим образованием. Итак, мальчик: товары или истории?

– Истории! – Я наконец отлип от борта и подошел к передку. – Есть что-нибудь новое, примечательное?

Ближний ко мне бык фыркнул и недовольно встряхнулся.

– Батума что-то тревожит, – сказал я и похлопал его по боку, пытаясь успокоить.

– Что-что? – Лудильщик выпустил из губ стержень и вытаращился на меня. – Как ты его назвал?

– Ты имеешь в виду имя? – растерянно моргнул я.

– Я никогда его при тебе не упоминал. Обычно называю быков птичками, ведь они – мои крылья. – Он выразительно помахал руками. – Сам летать не умею, а они несут меня со скоростью ветра.

Я кивнул. Хватит на сегодня споров. Иногда следует соблюдать меру и людей лишний раз не волновать.

– Не помню… Наверное, ты обращался к нему по имени прошлый раз? Могу поклясться, что кличку услышал от тебя.

– Не