Ольга Климова - Снова там...
— Да. Не думаю, что нам по пути.
— Но с ними тебе тоже не по пути было, — я кивнула вроде бы в том направлении, где осталась зловещая поляна с остатками отряда.
— Те, кто там выживут, направятся в город, так что тебе лучше свернуть в сторону и идти параллельно.
— Ясно, — я прижала к себе рюкзак, борясь со слезами.
Он молча развернул лошадь и оба брата быстро стали удаляться.
Я опустилась на колени и уперлась локтями в землю. Шатир. Тот, кто мог вернуть меня домой, близкий мне человек. Мой друг… Тупая боль прошла где-то глубоко в груди. В мыслях мелькнуло его то усталое, то ехидное смеющееся лицо.
— Эй! — я вскинула голову. Лицо человеко-зверя чуть смягчилось, когда он обратился ко мне. — Если твой приятель не дурак, а я думаю, что это так, то, возможно, он еще жив.
— Как? — надежда встрепенулась во мне.
— Меч лежал на самой середине поляны, как будто, чтобы его сразу заметили. Меч даже не вынут из ножен, но в крови, перевязь цела. Если нож висел на поясе, как он мог остаться на поляне, без крови на траве рядом, без клочков одежды и кусков тела? Понимаешь?
До меня медленно доходил смысл сказанного.
— Может, он тоже был в красном… — Фарг снова разворачивал хрипящую лошадь.
— Красном?
— Ты думаешь, тебя не тронули, потому что ты так хотела? Красный цвет — знак опасности для животных. Не ешь меня, я ядовит. — Он оскалился в подобии улыбки, Сил позади него робко поднял руку и помахал мне. — И спасибо, что Сила спасла! — Потом оба постепенно скрылись из глаз, мелькая между редкими деревьями. Теперь уже насовсем.
Я все еще стояла на коленях, но на губах у меня уже блуждала еле заметная улыбка.
Конечно, Шатир далеко не дурак. Я это точно знаю. И эти твари скорее расчленили бы его на куски и мы нашли бы только лужу крови. Была ли с ним красная тряпка? Кто его знает… Если он знал, куда шел… Одно я теперь знала почти наверняка. Шатир жив. И если я хочу вернуться домой, мне нужно найти его.
Вопрос в том, куда он направлялся? Город в противоположной стороне. Куда же он шел? Что тут может быть поблизости? Или это был обманный маневр с целью запутать противника? Впрочем, какая разница, куда он шел, мне все равно не пройти туда же. Там солдаты и логово этих тварей. Значит, остается все-таки идти в город. Только что я там делать буду? Как его найду потом? Надо добираться до Тарвина. Если он теперь герой, там наверняка знают, где он будет или просто помогут мне. Я ведь тоже геройская личность, как рассказывал Шатир.
От этих мыслей, на сердце у меня потеплело. И вдруг снова срыв: «А что, если мы ошибаемся?» Шатир на самом деле мертв? Я стиснула кулаки и минуты три медитировала, запрещая себе так думать. Помогло.
Я достала из своего рюкзака нож, одежду и фонарик, разрезала веревки, все еще скручивающие мои руки, сняла, наконец, свое парадное платье, в котором так надеялась блеснуть. Легкая ткань почти ничего не весила и я засунула ее в мешок. Возможно, это было зря, и красный цвет мог еще мне пригодиться, но в подобном наряде гулять по ночному лесу было страшно неудобно.
Потом сориентировалась по компасу, и пошла туда, куда мне указали. Не знаю, как далеко был город и что еще могло встретиться мне по пути, но внутри была странная легкость — мне это по плечу. Я справлюсь! Не было страха. Я ведь уже блуждала по лесу. Город вроде недалеко. Да и теперь у меня с собой целый арсенал полезных вещей. Есть еда и вода. Все будет в порядке. То ли я себе так хорошо это внушила, что уверовала, то ли действительно, все было неплохо, но я бодро шагала, пристально сверяясь со стрелкой компаса. До рассвета надо было уйти подальше.
Впрочем, далеко я так и не ушла.
Пройдя, может быть, километр вглубь, я споткнулась о ворох листвы под ногами. Воздух тут же пронзил словно поросячий визг. Куча листьев моментально подпрыгнула вверх и, прежде чем я успела что-либо понять, с криками исчезла в темноте.
Пока я соображала, что это могло быть, где-то в лесу послышался шум. Я замерла. Я была не одинока, и это радовало. Но шум был очень неприятным. Такое ощущение, что сквозь деревья ко мне приближалась ревущая толпа. Я спешно погасила фонарик и застыла, прижимаясь к стволу дерева. Шум поутих, но неумолимо шел на меня. Я отступила назад, затем еще шаг, и рванула в обратную сторону. Пробежав в темноте несколько метров, я споткнулась и упала, потом еще раз. Судя по звукам, преследователи меня нагоняли. Без света далеко от них я не убегу.
Тяжело вскарабкавшись на дерево, я продолжала лезть все дальше и дальше, пока только звезды не остались у меня над головой.
Где-то внизу носились с поросячьими визгами мои преследователи, то приближаясь, то удаляясь. А я, вцепившись руками в одну ветку и стоя на другой, пыталась разглядеть хоть что-нибудь под собой.
Так я и встретила рассвет, онемев от неудобной позы.
Когда первые лучи солнца пробились сквозь темень, потихоньку, с трудом двигая руками и ногами, я начала свой спуск вниз.
Оказавшись наконец на твердой земле, я оглянулась — вроде все было спокойно.
Но когда на меня из-за деревьев вымелось первое существо, я поняла, что радоваться у меня совсем нет повода. Нечто серо-буро-зеленое, в груде лохмотьев, ростом примерно мне по пояс.
Мы застыли, глядя друг на друга. Сам по себе коротышка был страшноватым, но из-за своего маленького роста казался не столь опасным. Его глазки злобно буравили меня несколько секунд, а потом он издал тот самый оглушающий визг.
Но вовсе не это заставило меня напрячься. Штука, которую он держал в руках (?), представляла из себя кучу переплетенных ржавых лезвий, словно большая погнутая вилка с заточенными острыми зубцами. Не надо было быть знатоком оружия, чтобы догадаться о ее воинственном предназначении.
Но и это еще полбеды. Если бы он был один, вряд ли мне было бы так страшно. Именно из-за роста. Маленький, грязный, рычащий коротышка, пусть даже и с оружием, не так страшен, как толпа этих самых рычащих коротышек. А из-за деревьев уже показалось с дюжину гостей.
Мой ступор длился до тех пор, пока первый из появившихся не двинулся ко мне, выставив лезвия перед собой.
Как будто со стороны я наблюдала, как они приближаются. В трех метрах коротышка остановился, поднял голову вверх и завыл. От этого движения тряпки с его головы свалились и я увидела огромные грязные клыки в клокочущем горле. И тут инстинкт самосохранения, наконец, сработал. Такие клыки явно говорят: «Сначала беги, потом разбирайся!». Завизжав, я сорвалась с места как спринтер. Сзади просвистело, и куча лезвий, пролетев мимо, ударилась в траву впереди меня. На бегу я инстинктивно подобрала предмет и так же автоматически кинула его обратно в толпу. Какой эффект это произвело я не видела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});