Последние узы смерти - Брайан Стейвли
– Нет, – вмешалась Анник.
Она держала в руке лук – то ли на случай появления сларнов, то ли из-за шептавшихся в дальнем углу Манты с Хоббом.
– Он самый слабый из них. А они все слабаки.
– Не слабый, – возразила Гвенна. – Испуганный.
Лучница покачала головой, словно услышала явную глупость:
– Страх и есть слабость. Опасная слабость.
– У каждого из нас есть слабости. Не скажу, что из Быстрого Джака когда-нибудь выйдет Блоха, но шанса он заслуживает.
– Люди сами используют или не используют свой шанс, – напомнил Талал. – Ты ведь отчасти затем и отправила всех вниз, чтобы вселить в них уверенность в себе. А откуда взяться уверенности у того, кого сбили с ног и сунули, как кусок мяса, чудищу, перед которым он каменеет от ужаса?
– Знаю, – сказала Гвенна, выставив руку, как если бы отбивала обвинения. – Все я понимаю. Но порой каждому нужен толчок. Я при первом сбросе на воду перетрусила, не могла себя заставить отстегнуть пряжку. Знаете, что сделал Адаман Фейн? Перерезал ремни и скинул меня с когтя. Я, только очутившись в воде, поняла, что могу, что уже смогла. В следующий раз отстегнулась сама.
– Ты – не Быстрый Джак, – тихо проговорил Талал.
– Нет, конечно. Каждый – тот, кто он есть.
– Он о другом, – заметила Анник.
– И о чем же, Кент его побери?
– Я хотел сказать, что ты для такого… лучше подходишь, – объяснил лич.
– Ни хрена я не подхожу. Все, что делала, я делала через силу.
– Может, и так, – оборвала ее Анник.
Поджав губы, она дернула пальцем тетиву и вслушалась в разносящийся по пещере звон. Дождавшись, когда звук стихнет, лучница заговорила снова:
– И все же Гнездо, обучая нас, рассчитывало получить таких, как ты. Ты – идеальная кеттрал.
Гвенна вылупила на нее глаза и долго не находила слов.
– Сдурела? – наконец выдавила она.
– Нет, – хладнокровно ответила Анник. – Я была с тобой, когда мы пробивались из лагеря Длинного Кулака. Я видела, как ты командовала обороной Андт-Кила. Видела, как ты вытаскивала Квору с Крючка.
– Я соображала на ходу, Анник. Я просто хватала, что под руку попадет.
Талал только рассмеялся в ответ. Гвенне приятно было слышать его смех, хоть она и не понимала причины.
– В том-то и штука, – объяснил он, отсмеявшись. – Кеттрал соображают на ходу. Вступают в бой с лету. Блоха не зря поставил тебя командовать крылом. Ты это можешь.
Гвенна переводила взгляд от одного к другому. Говорить мешал ком в горле. Но уступить чувствам у нее не нашлось времени, потому что лич уже перестал улыбаться и покачал головой:
– Это мы и пытаемся тебе объяснить насчет Джака. То, что сработало с тобой, вовсе не обязательно сработает с ним. Парень мне тоже нравится, Гвенна, и мне жаль, что он сломался, но он действительно сломан. Ты отличная подрывница и еще лучший командир крыла, но это еще не значит, что тебе под силу его починить.
– Если не бросишь попытки, кому-то придется плохо, – кивнула Анник. – Кто-то умрет.
– С кеттрал это случается! – рявкнула Гвенна. – Нас иногда убивают.
– Быстрый Джак – не кеттрал.
Гвенна отвернулась от них к уходящему в темный лабиринт туннелю. А когда снова нашла слова, собственный голос показался ей чужим – непривычно отчаянным и вызывающим:
– Пока нет.
К тому времени, как они еще раз шесть подкинули дров в огонь, предостережение снайперши выглядело ужасающе точным. Из Дыры вернулись все крылья. Окровавленные, с переломами пальцев, с вывихнутыми лодыжками, хромая, поддерживая друг друга, озираясь через плечо на пережитый ужас или победу – но все. Кроме крыла Быстрого Джака.
Мятежники сгрудились у огня, от усталости еще не находя сил поделиться рассказами и сравнить раны. Кто-то задремал, другие свирепо грызли полоски вяленого мяса и плоды. Выглядели они сейчас не как солдаты, а как работники после тяжелого дня полевой страды, но Гвенна чуяла их удовлетворение и слышала в голосах новые нотки гордости. Правда, она изменила правила Пробы: дала им света в избытке и отправляла вниз группами, так что вышло раз в десять легче, чем пришлось ей и ее однокашникам. Все равно. Сейчас для них это ничего не значило. Они сошлись лицом к лицу со сларном; перепуганные, отравленные, они спустились в Дыру; нашли то, чего искали, и вернулись. Победителями!
Все, кроме Джака и трех его спутников.
Гвенна нетерпеливо металась у устья туннеля: восемнадцать шагов в одну сторону, разворот у уступа, восемнадцать обратно. Пыталась уйти от огня и вслушаться, но от этого делалось только хуже. Ее слух улавливал в темноте пещеры сотни звуков и шорохов: плеск воды о холодной камень, свистящий в сталактитах ветер, бормотание подземных рек. Звуки Халовой тьмы – и ни признака людей.
Она раз сто отмерила свои шаги, когда к ней подошла Делка. Талал был занят – возился с пострадавшими, перевязывал раны и вправлял пальцы, а Анник все держала стражу против видимых и невидимых угроз. Оба не донимали отошедшую от костра Гвенну вопросами, предоставили ей шагать взад-вперед в тумане сомнений. Но Делка ушла в Дыру раньше, она не видела сцены с Джаком. Она ничего не подозревала, и ее лицо сминала морщинами улыбка.
– Спасибо тебе, – просто сказала она.
Гвенна уставилась на нее. Укус на руке уже закрылся струпом, но женщина получила новые повреждения – лицо было залито кровью из ссадины на голове, на левом плече темнел большой синяк, черно-багровый с воспаленными красными краями. И зубы выпачканы в крови. Проведя полночи в жестоких схватках, ей бы, казалось, отсыпаться в тихом уголке, а не стоять перед Гвенной, улыбаясь до ушей. Ни хрена себе – она еще и благодарна!
– За что? – удивилась Гвенна.
– Что дала нам это сделать. Помогла решиться.
– Помогла…
Гвенна тряхнула головой, вспоминая, как бился в ее руках Быстрый Джак, и воображая, как он со своими блуждает в нижних туннелях, а может быть, уже мертв, растерзан сларном…
– Вы никого не встретили там внизу? Из… остальных?
Делка взглянула ей в глаза и покачала головой:
– Только сларнов. Но мы особо не присматривались, Гвенна. Может, они уже нашли яйца. Уже идут наверх.
– Или погибли, – отрезала Гвенна.
К ее удивлению, Делка кивнула.
– Могли погибнуть, – буднично согласилась она. – Так бывает с командирами, Гвенна. Случается, ты принимаешь верное решение, а люди все же страдают. Иногда гибнут.
– Это я понимаю, – буркнула Гвенна. – Лучше тебя понимаю. Ты еще жевала спелые огневки на Ариме, когда я по локоть в крови дралась с
