Призрак Гренделя - Эльхан Аскеров
Сбросив с плеч ранец, минёр принялся судорожно рыться в его объёмном нутре. Потом, выхватив брикет пластида, солдат ножом отхватил небольшой кусок, и быстро приладив его под дужку замка. Воткнув в пластид взрыватель, он за рукав оттащил профессора в сторону, и ловко переключив на пульте пару тумблеров, нажал на кнопку активации. Не громко хлопнул взрыв, и замок, брякнув, повис на обломке дужки. Оббитая железом дверь, слегка промялась, но выстояла.
Первым, на крыльцо поднялся профессор и, отбросив обломки замка, уважительно качнул головой, рассматривая мощную дверь. Потом, сняв засов, он взялся за ручку, и дверь, скрипнув, открылась. Подхватив ящик, Солсбери шагнул в проём, не громко проворчав:
— Русские как всегда, в своём репертуаре. Даже двери у них сделаны так, что их можно танком таранить.
— Зато надёжно, — усмехнулся в ответ солдат, направляясь к своему ранцу.
В этот момент, из-за угла зимовья, вылетел молодой грендель и, не издавая ни звука, ринулся в атаку на морпеха, на ходу разевая пасть. Отшвырнув в сторону ранец, солдат подхватил винтовку и даже успел выпустить две короткие очереди, когда зверь, взвившись в воздух, обрушился на него всем своим весом. Раздался тошнотворный хруст костей, и солдат, издав какой-то сдавленный полувсхлип, полустон, обмяк под мощными лапами.
Напуганный профессор замер, обратившись в соляной столб. Его мозг, способный запросто производить сложные математические вычисления и принимать самые не вероятные гипотезы, отказывался воспринимать происходящее. Стрелять, и вообще предпринимать какие либо телодвижения для спасения солдата, было уже бесполезно. Солсбери уже видел, что полученные им повреждения не совместимы с жизнью.
Но и уйти он не мог. Ноги отказывались повиноваться, так же, как мозг отказывался воспринимать гибель напарника. Только когда грендель, повернувшись к профессору, широко раскрыв пасть, испустил яростный рёв, профессор сумел взять себя в руки и, вздрогнув, отступить в короткий коридор, закрывая за собой дверь. Нащупав в темноте простую щеколду, он задвинул её в паз и, сделав ещё шаг назад, просто плюхнулся на стоявший за спиной ящик.
Только теперь Солсбери понял, что остался совершенно один посреди этого ледяного безмолвия. Связи нет, оружия и патронов, очень мало, продукты, можно поискать в местной кухне, но как сообщить на материк о том, что он жив. К тому же, уходя, хозяева умудрились навести в зимовье полный порядок, отключив и обесточив все помещения. Даже замок на дверях ясно сказал профессору, что отсюда не бежали, а спокойно ушли, приготовив поселение для дальнейшего использования.
Прислушавшись, Солсбери понял, что за дверью во всю идёт пиршество. Сделав глубокий вздох, профессор заставил себя подняться и войти в коридор. Быстро пробежав до ближайшей двери, он попытался попасть в помещение, из окна которого можно было бы увидеть происходящее на улице. Сейчас, ему важно было знать, сколько зверей собралось у входа. Но повернув ручку, Солсбери вынужден был снова выругаться. Все двери в зимовье были старательно заперты. Русские действительно не бежали, а уходили.
Отчаявшись, профессор принялся дёргать все ручки подряд. Наконец, одна из дверей распахнулась, и Солсбери, буквально ворвавшись в комнату, бросился к окну. Осторожно отодвинув занавеску, он выглянул на улицу и с облегчением перевёл дух. Тело солдата рвал один грендель. Усилием воли, заставив себя рассмотреть животное, профессор понял, что это молодая самка. Теперь, становилось понятно, почему она оказалась здесь одна и атаковала молча. Объявлять всем о наличии добычи, она не собиралась.
Три самца, караулили добычу у поселения, а самка, оставалась в стороне, дожидаясь результата охоты и возможности получить свою часть добычи, когда самцы насытятся. Но эту версию нужно было проверить. Выйдя из комнаты, Солсбери принялся проверять двери на другой стороне коридора. Так, обходя все помещения по периметру, он получил полное подтверждение своей гипотезе и немного успокоившись, решил заняться насущными делами.
Прежде всего, нужно было найти помещение, где установлен генератор и попытаться запустить его. Генератор, это, прежде всего, тепло. Он и так уже давно ощущал неприятный озноб. Нужно было срочно сменить бельё и согреться, в противном случае, всё может закончиться пневмонией. Любое недомогание в подобной ситуации, это долгая, и мучительная смерть. Далее, вставал вопрос с питанием.
О воде, Солсбери не беспокоился. В крайнем случае, можно было натопить снега. Но сначала, генератор. К своему сожалению, Солсбери даже не попытался выяснить, знает ли кто-нибудь из военных план устройства русского поселения. Бегая по коридорам в поисках открытых помещений, профессор неожиданно понял, что и понятия не имеет, как устроен этот комплекс. Устройство поселения разительно отличалось от того, в котором жила его экспедиция.
Вспомнив, как грендели прорвались в их поселение через окна, Солсбери снова вышел в коридор, и принялся старательно закрывать все двери, которые до этого сам же и открыл. Вернувшись к входной двери, он поднял свой ящик и, отнеся его к углу ближайшего коридора, отправился исследовать задние. Включив фонарик он задумчиво посмотрел на желтоватое пятно света и, покачав головой, пошёл искать генераторную.
Как оказалось, уходившие люди, запирали двери не только в жилых помещениях, но и двери между секторами. Убедившись, что без ключей или крепкого инструмента, пройти в технический отсек у него не получится, Солсбери растеряно замер. Даже при его силе, выбить эти двери не получится. Русские строили так, словно готовились к ядерной войне, или к обороне от огромной кучи противников.
Вспомнив, что входная дверь без проблем перенесла взрыв заряда пластиковой взрывчатки, профессор прислонился к стене и, закрыв глаза, попытался привести мысли в порядок. В тех нескольких помещениях, куда он сумел попасть, можно было набрать немного мебели на топливо для небольшого костра. Но разводить костёр на деревянном полу, не самый умный поступок. К тому же, такой способ обогрева вполне мог привести к гибели от угарного газа.
Значит, ему нужно искать не просто помещение, где пол имеет хоть какое-то негорючее покрытие, а ещё и само помещение оборудовано вентиляцией. Придя к такому выводу, Джек принялся судорожно вспоминать, где в поселении может быть такое помещение. Вывод напрашивался сам собой. Это могли быть, или душевая, или столовая. Потом, вспомнив, что русские всегда душевой предпочитали баню, устало вздохнул.
Нужно искать столовую.
