Призрак Гренделя - Эльхан Аскеров
— Да ты прямо гений. А про такую штуку, как вентиляция, ты слышал?- продолжал издеваться Смит.
— Сэр, я конечно университетов не заканчивал, но такие вещи, как разница температур, даже мне понятны, — угрюмо проворчал морпех, подкидывая на руке пилу.
— Ты прав, сынок, — устало кивнул Морган. — Именно поэтому мы войдём туда только с переносными фонарями. Осмотрим эти галереи, на предмет опасности, а потом туда пойдут наши высоколобые друзья, обнюхают всё, и скажут, можно ли здесь включать прожектора. Впрочем, я и так знаю, что можно.
— Откуда такая уверенность, сэр?- не понял морпех.
— Всё просто, сынок. Последние два метра этого проклятого льда отняли у нас больше времени, чем весь предыдущий коридор. Прочность этого льда такая, что на нём небоскрёб строить можно. Так что, повышение общей температуры воздуха в галерее на пару градусов ничего не изменят.
— Пожалуй, вы правы, сэр, — подумав, кивнул морпех.
Их разговор прервал вызов по рации. Это был Солсбери. Услышав знакомый голос, Морган ответил. Профессор сообщил, что анализ пробы воздуха показал очень интересный факт. Система пещер связана с поверхностью. Воздух, взятый в пещере, ничем не отличался от того, что был на поверхности. А вот пробы льда привели весь научный отдел в неописуемый восторг. Лёд этот был пресным. И не просто пресным. Он был из дистиллированной воды.
Но самое главное было не в этом. Как выяснилось, получить такую плотность льда можно было, только заморозив воду под огромным давлением. То, что в толще такого льда нашлись галереи, само по себе было чудом. Слушая восторженный рассказ профессора, Морган еле сдерживался, чтобы не послать его как можно дальше. Дождавшись паузы, Смит поспешил задать самый главный вопрос:
— Джек, что показывает сканер? Есть какие-то изменения в давлении, или выбросы гейзеров?
— А? Нет, ничего такого, Смит, — опомнившись, ответил Солсбери.
— В таком случае, мы продолжаем работу. Я вызываю группу прикрытия, — разом повеселев, ответил Морган.
— Мистер Морган. Я должна войти в пещеру вместе с вами, — заявила Анита Гроссман, вклинившись в их разговор.
— И не мечтайте. Предупреждаю. Попытаетесь сделать по-своему, прикажу дать по голове, надеть наручники и привязать к кровати. Никто не войдёт в пещеры до тех пор, пока я и мои парни не будем уверены, что это безопасно. Это касается всех. Без исключения. Я не собираюсь отвечать за ваши шкуры в угоду вашему ослиному упрямству, — зарычал агент с такой яростью, что шарахнулись даже привычные ко всему морпехи.
— Вы ещё пожалеете об этом, — прошипела Гроссман и рация отключилась.
— Упрямая дура, — фыркнул Морган, переключая рацию на другой канал.
Вызвав группу прикрытия, он повернулся к своим бойцам и, не скрывая удовольствия, приказал:
— Заканчивайте эту бодягу, парни. Пора посмотреть, что водится в этих коридорах.
Бойцы быстро пропилили последние мешавшие группе куски льда, и тройка, вооружённая винтовками М-4, во главе с Морганом вошла в коридор. Привычно прикрывая друг друга, они замерли, опустившись на одно колено, и тщательно вслушиваясь в гулкую тишину галереи. Смит включил фонарь, и вся тройка невольно зашипела сквозь зубы. Отразившись от поверхности льда, свет просто ослепил их.
Подойдя к стене, Смит прикоснулся пальцами к поверхности, удивляясь её гладкости. Лёд казался отполированным, словно зеркало. Жестом, приказав группе двигаться, Морган медленно зашагал вдоль стены, невольно всматриваясь в мелькающие за её поверхностью тени. Как вскоре выяснилось, это были вовсе не тени. Метров через сорок, Морган невольно шарахнулся в сторону, толком даже не разглядев, что именно видит.
— Твою мать!- выругался он, медленно опуская винтовку, и направляя на стену луч фонаря.
Прикрывавшие его морпехи выразили своё удивление ещё более крепкими выражениями. Из толщи льда, на них пялилось разинувшее пасть чудовище. Даже привычный ко всему Морган, повидавший в разных экспедициях всякое, не смог сходу определить, что за животное оказалось вмёрзшим в лёд. Кожа твари была молочно-белая и гладкая, как у полярных дельфинов, которые встречаются в Арктике.
По габаритам, вес около полутоны. Но разница между тварью и дельфином заключалась в ярко выраженных конечностях. Передние, короткие, снабжённые тремя суставчатыми пальцами с острыми когтями. Задние, с перепонками между пальцев, смахивали на птичьи. Хвост был длинным и плоским, как у крокодилов. Но больше всего поражала его голова, с мощными, широкими челюстями, снабжёнными крепкими, острыми зубами.
Тварь легко могла бы перекусить пополам человека. Носовые отверстия у него были смещены вперёд и закрывались клапанами, как у водоплавающих млекопитающих. Внимательно рассмотрев тварь, Морган задумчиво почесал в затылке, сняв с головы шапку, потом тихо выругался, пытаясь обрести душевное равновесие, после чего, обернувшись к своим парням, скомандовал:
— Хватит пялиться. Пошли дальше. И не зевайте.
— Что это за тварь, сэр?- не удержался от вопроса один из бойцов.
— Понятия не имею. Похоже, что-то ископаемое, — пожал плечами Смит.
— Динозавр?
— Можно и так сказать.
— Выходит, оно сохранилось тут, как в холодильнике?- не унимался парень.
— Весь этот континент и есть, один гигантский холодильник. А теперь, заткнитесь, и займитесь делом, — рыкнул Морган, быстро освещая коридор.
Ему вдруг показалось, что из темноты за ним внимательно наблюдают чьи-то внимательные, злые глаза. Спине сразу стало холодно, а в затылке возникло ощущение зуда. Свет подствольных фонарей терялся в чернильной темноте галереи. Морган включил мощный аккумуляторный фонарь, и сразу стало легче дышать. Только теперь он понял, что старался даже дышать как можно тише. Взяв себя в руки, Смит повесил фонарь на пояс и, вскинув винтовку, первым шагнул вперёд.
Через каждые пятьдесят шагов, один из парней оставлял на стене отметку чёрной краской из баллончика. Морган отлично понимал, что за такой вандализм учёные его живьём сожрут, но сейчас, ему было глубоко наплевать на их возмущение. Он делал свою работу, а значит, всё остальное не имело значения. Спустя три четверти часа, они вышли в центральный зал этих подземелий, и вся группа в очередной раз растеряно замерла.
Морган вспомнил слова Солсбери о том, что главный зал по размерам превосходит футбольный стадион и, опустив луч фонаря на пол, принялся высматривать источники тепла, которые засёк сканер. Не заметив, пара, который обычно бывает над жерлом гейзера, Смит облегчённо перевёл дух. Попасть под выброс кипящей воды ему совсем не хотелось. Но что означали вкрапления тепла на сканере? Этот вопрос не давал Моргану покоя.
Решив действовать последовательно, Смит повернул налево,
