Рыцарь Резервации. Том III - Александр Артемов
— Уймись, — покачал я головой. — На все это нет времени… А ты реально смогла бы заняться дешифровкой, если достать такую литературу?
— Ну… — смутилась Лиза. — Сама я таким раньше не увлекалась, но мы в лицее часто решали сложные задачки с цифрами. Да и я с детства люблю математику.
Тут я заинтересовался.
— Ты закончила лицей?
— Ага. Мне остались экзамены, и я буду дипломированным бухгалтером. В прошлом году я бы все сдала, если бы не Горбатовы…
Ага, ну хоть одной проблемой меньше. У нас есть юная, но бухгалтерша.
* * *
'Дитрих вынул пальцы, еще раз поцеловал ее и начал тереться об ее лоно. Его алый воин наливался силой. Он был таким горячим!
Симона выгнулась, застонала… Нет, нет, не уходи!
— Ты хочешь? Правда хочешь?.. — прошипел Дитрих ей на ухо, хватая ее в самом сокровенном месте. Его мышцы были как камень. Она пыталась укусить его, но была слишком слабенькой.
Ей хотелось только выгнуться дугой и сжать бедра покрепче. Такое с ней впервые!
— Да… — задыхалась она, кусая губы. — О, да…
— Я хочу услышать это. Скажи!
— Да я хочу! Прошу… Не останавливайся!
Тогда Дитрих * * * * * * * * * * * * * * * * и Симона закричала от удовольствия'.
— Так, что за дела⁈ Куда? Как⁈ — захлопала глазами Тома, разглядывая шестнадцать аккуратных дырочек на месте описания того, что там ненасытный Дитрих сделал с бедной Симоной.
Из-за чего она там кричала⁈ Нет, вы не можете так жестоко поступить!
Однако факт оставался фактом — какой-то негодяй вырезал в тексте самое интересное, и даже из контекста ничего не удавалось понять!
Застонав, Тома отбросила книжку и упала лицом в подушки. Ну вот, такую сцену испортили…
В целом книжка была на любителя. Язык бедноват, да и история довольно банальная. Готова ставить на что угодно — этот Дитрих в конце окажется каким-то нибудь драконом или наследником рода, на худой конец, и будут они с этой Симоной жить поживать…
Можно не дочитывать, и так все ясно как день.
Она скосила глаза на часы. Почти полночь, затихшая усадьба готовилась ко сну. Зевая, Тома встала с кровати и вышла в коридор. Вернет «Орхидею» на полку, а там чистить зубки и укладываться. Хватит с нее книг на сегодня.
Так, осталось найти кабинет. А в этом месте черт ногу сломит… ага!
На пороге кабинета лежала полоска света. Значит, хозяин еще внутри. Постучавшись, Тома дождалась ответа и сунула носик за порог.
Темно, впрочем, как и всегда. Под зажженной лампой сидел Илья Тимофеевич и с задумчивым видом листал книгу. Рядом за другим столом расположилась Лиза и писала что-то в толстом бухгалтерском томе. Шпилька по своему обыкновению лежала прямо на глобусе. Мио, работая всеми четырьмя руками, рассортировывала книги.
— Заходи, Томка, — кивнул Марлинский, переворачивая страницу.
Тома вспыхнула. Томка? Он называл ее Томка⁈
— Не спишь еще? — продолжал он. — Брат приехал?
— Да, спит без задних ног. Позвольте, поставить книжку, — закивала Тома и, направляясь к стеллажу, остановилась перед рабочим столом. — И пожелать вам спокойной ночи, ваше благородие. Вы так много для меня сделали…
— Не стоит. Любой бы поступил также.
Тома улыбнулась. Ага, как же. Сначала отбить ее от монстра, а потом буквально вытащить ее с эшафота. Скромняга какой. Утром нужно приготовить хороший завтрак.
— Что, еще не раскусили этот орешек? — поинтересовалась Тома.
— Как видишь, — развел руками Илья. — Видать без подбора нам не обойтись… А что за книга?
— Это? — смущенно улыбнулась Тома. — Да так… ерунда всякая… вам будет неинтересно.
Добравшись наконец до стеллажа, она поставила книгу на место и уже хотела вернуться, как…
Точно! Она повернулась и посмотрела прямо на Марлинского. На ее лице растянулась улыбка. При виде нее Илья напрягся.
— Томка, ты…
Ни слова не говоря, она рванула к стеллажам, подхватила свою ненаглядную «Орхидею» и плюхнулась на стул рядом с Ильей.
— Что такое⁈ — напрягался он, когда Тома положила рядом с ним раскрытый томик — на той самой сцене, где Дитрих совершил с Симоной нечто запретное…
Не слова ни говоря, Тома аккуратно вырвала листочек с этой пикантной сценкой из книжки, а затем мягко отстранив Илью раскрыла его таинственную книгу на той же странице, что и «Орхидея».
Затем приложила лист, и…
— Вот! — торжествующе ткнула Тома пальцем в шестнадцать цифр. — Можете не благодарить!
Где-то пару секунд Илья ошарашенно хлопал глазами, а потом поблагодарил — подскочив, смачно поцеловал ее в щеку и крепко обнял.
Тома залилась краской. Совсем как Симона.
Глава 4
— … Борис, этот Марлинский, дери его во все дыры, захапал целое поместье с дерёвней…
— Шутишь⁈
— Неа. У него там целый выводок нелюдей и по слухам какие-то несметные богатства прошлого владельца. А еще, по словам заказчика, у него помимо прочего где-то припрятан код от гребаного сейфа в Шардинском банке.
— Не слишком ли много для какого-то пацана⁈ Сколько ему там, лет двенадцать?
— Черт его знает, но тут ты прав, Борис. И поместье с дерёвней и сейф полный бабла — это чертовски дохрена для одного змееныша. К счастью, по закону хрен он до него доберется, так как поместье он купил на аукционе, облапошив барона Горбатова. Наследственных прав на него у него нет, как и на сейф. Ключ есть, а замок опечатан. В этом и загвоздка…
— Почему бы просто не припугнуть пацана и не отобрать код, как леденец у младенца⁈
— Кое-кто уже пытался, но парень оказался норовистым. С ним везде ходит какая-то чокнутая японка, которая одевается как шлюха, его прикрывают Ленские и ШИИР, а еще, говорят, у него есть кот.
— Кот⁈
— Короче, долго с ним возиться, да и от котов неизвестно чего ожидать. Сам он в банк точно не явится, ибо никто его туда и на пушечный выстрел не подпустит. А заказчик хочет, чтобы операция прошла именно этой ночью. Кровь из носу, ибо уже на днях сейф вскроют люди из столицы, и плакали миллионы Онегина!
— Вот дела…
