Последний довод Маранцано - Наиль Эдуардович Выборнов
— Мы не будем тянуть, — сказал я. — Фрэнк. Тебе нужно связаться с Маранцано. Назначь ему встречу, постарайся убедить, что не хочешь войны. Скажи, что успокоишь горячие головы, и что хочешь работать с Маранцано дальше и зарабатывать деньги.
— Зачем? — не понял он.
— Затем, чтобы он успокоился. Бонанно сказал ему, что я мертв, он должен поверить этому. Но одно дело — Джо, а совсем другое — ты. Ты скажешь ему, что теперь ты — босс, и что согласен на все, лишь бы удержать кресло.
— Звучит разумно, — кивнул Костелло. — Это может дать нам еще немного времени.
— Но все равно, у нас есть два дня, самое большее — три, — сказал я. — Так что будем импровизировать, плана особого все равно не получится. Наши люди в других городах уже выдвинулись на места?
— Да, — подтвердил Фрэнк. — Но сейчас там… До них ведь тоже дошло, что тебя убили.
— Не говори им, что я жив, — сказал я. — Но убеди действовать по плану. Как хочешь, но убеди, это слишком важно.
— Я понимаю, — кивнул Костелло.
— Мы начнем действовать… — я подумал немного, и сказал. — В воскресенье. Уже в это воскресенье.
— То есть у тебя есть план? — спросил Лански.
— Да, — подтвердил я.
Идея у меня была, правда не своя. Я позаимствовал ее у Капоне — он именно так расправился с людьми Морана. Ну и самого Маранцано чуть не убили подобным же образом.
— Нам нужна будет полицейская форма, — сказал я. — И надежные люди. Анастазия, Бенни, еще несколько человек из тех, кого Маранцано не знает в лицо. И Джо, он должен провести нас внутрь.
— Думаешь, пропустят?
— Пропустят, — кивнул я. — Куда они денутся. И я пойду туда лично.
— Нет, — тут же сказал Лански.
— Мей… — проговорил я.
— Нет, Чарли, — повторил Лански. Он говорил спокойно, но твердо. — Это не твоя работа. Ты, черт подери, босс, у тебя есть люди, которые сделают это лучше и чище.
— Это личное, — сказал я.
Я действительно так считал. Маранцано… Он меня, откровенно говоря, достал. С самого начала, как только я появился в этом мире, он пытался меня убить. Потом мы с ним договорились, и я даже убрал Массерию. Но вместо того, чтобы жить нормально, он начал творить полную дичь, буквально вынуждая меня вмешаться.
Может быть, я и не полез бы в конфронтацию с ним, если бы не это. Действовал бы медленнее и исподволь, оставив его, как мишень для полиции и репортеров. Сам бы ушел в тень. Но он мне не давал такой возможности.
И мне нужно было разобраться с ним, точно увидеть, что он мертв. Говорят, что нет запаха приятнее, чем запах трупа врага. Мне достаточно будет его вида, нюхать мертвого старика я точно не собираюсь.
— Именно поэтому ты и не должен этого делать, — присоединился к нему Костелло. — Лучше я сам пойду. Тебя заметят, каждый мафиозо в этом городе знает твое лицо. И полицейской формой их не обманешь.
— Затеряюсь в толпе, — я махнул рукой. — Я буду в полицейской форме, опять же, никому не придет в голову, что я ее надел. Бонанно снимет охрану — у него должно получиться. Нас будет несколько человек, зайдем через служебный вход. Если ты позвонишь ему и выразишь покорность, он не будет ждать нападения.
— Тебе нельзя рисковать, — проговорил Мей. — Ты слишком много знаешь о будущем.
— Чего? — повернулся я к нему.
Вот этого я не ожидал, если честно. А ведь Лански — умный человек, он наверняка думал, гадал, и вообще…
— Ты постоянно проговариваешься о том, что будет. И пока это сбывается. Черт, ты угадал индекс до сотой доли в тот четверг. И я заметил — ты говоришь уверенно. Так что я уверен, что ты знаешь будущее.
Я посмотрел на него, потом на Костелло. Тот глядел прямо на меня, но без особого удивления. Не удивлюсь, если узнаю, что они с Лански уже обсуждали это за моей спиной. Он ведь и ему сообщил о рецессии, и он тоже сколько-то заработал.
— Не понимаю, к чему это…
— Сейчас времена хорошие, — пояснил Мей. — Если не считать всех этих проблем с Маранцано, деньги текут рекой, и их, в общем-то, хватает всем. Я думаю, если бы Сэл не жадничал, то ему все равно хватало бы.
— Так он и не жадничает, — заметил я. — Он просто хочет почтения и подтверждения своего величия.
— Да не суть, — махнул рукой Лански. — Я думаю, что в будущем будет момент, когда все станет хуже. И тогда твои знания очень сильно нам пригодятся.
— Извини, Мейер, но ты несешь какую-то чушь, — заметил я. — Как кто-то может знать будущее? Оно же еще не произошло.
На самом деле, отмазка была жиденькая и звучала по-своему жалко. Но этого разговора я не ожидал, мать его. Вообще не ожидал. И не был к нему готов.
А будущее на самом деле произошло, там, в другой жизни. И я знал это как из мировой истории, так и из книжек про мафию, которые читал. И из журналистских расследований, написанных по материалам уголовных дел. Которые, кстати, до сих пор не опубликовали толком.
А дело против самого Лучано было, очевидно, сфабриковано по политическим причинам. Потому что сам я, когда оказался в его теле, не увидел ничего такого, за что его посадили в реальной истории. С другой стороны… Попал я в его тело, когда он был еще капо, а заняться всем этим Лаки мог позже, когда стал боссом. Кто знает, что произошло за эти шесть с лишним лет.
— Но ты же знаешь, — проговорил Мейер спокойно, констатируя факт.
— И откуда, по-твоему, я могу это знать?
— Не знаю, — он пожал плечами. — Ты же сам говорил, что, когда лежал раненый, к тебе Дева Мария явилась.
— Ты ведь еврей, — заметил я. — Ты вообще не должен в это верить.
— Да я уже готов во что угодно поверить, когда дело касается тебя, — парировал он.
—
