Сентябрь 1939-го - Даниил Сергеевич Калинин
Не удержавшись, с места уточнил Ворошилов:
– Так ведь с прошлого года на Т-28 ставят модернизированное орудие Л-10, верно? На него же есть штатные бронебойные снаряды?
Шапошников согласно кивнул:
– Так точно. Их бронепробиваемость составляет пять сантиметров за километр при встрече в шестьдесят градусов к нормали… Однако броня Т-28 составляет всего тридцать миллиметров в самой сильной лобовой проекции. И в настоящий момент этого может быть уже недостаточно при столкновении с пушечными германскими панцерами… Считаю, что следует рассмотреть возможность усиления Т-28 дополнительными броневыми экранами, и, возможно, стоит форсировать работу конструкторского бюро Кошкина по созданию танка А-32.
Сталин молча кивнул, показав, что не возражает против предложений начальника Генерального штаба.
Чуть приободрившись, Шапошников продолжил:
– Кроме того, наша пехота должна получить собственные средства борьбы с вражеской бронетехникой. Гранатные связки громоздки, их тяжело метать; бутыли с горючими смесями эффективно использовались в Испании, а если заполнить их специальными химическими составами? Тогда бойцы получат легкое и эффективное средство борьбы с танками! Кроме того, следует учесть опыт использования польских противотанковых ружей и форсировать испытания ПТР Рукавишникова. Либо же объявить новый конкурс среди конструкторов на производство отечественных ПТР.
– У нас достаточно собственной противотанковой артиллерии, товарищ Шапошников! Это белополяки, неспособные выделить достаточно средств на наращивание ПТО, пусть воюют против танков «кочергами»… – гордо вскинув голову и нахмурив кустистые вразлет брови, в разговор бесцеремонно влез командарм первого ранга Григорий Иванович Кулик.
Заместитель присутствующего здесь же наркома обороны, назначенный координировать действия Украинского и Белорусского фронтов, он был приглашен на совещание к вождю самим Сталиным. Ведь Иосиф Виссарионович хорошо знал Кулика еще с Гражданской войны и высоко ценил его заслуги в обороне Царицына. Тогда Григорий Иванович сосредоточил сильный артиллерийский кулак на пути наступления белых (до ста орудий!) и ураганным огнем остановил продвижение Донской армии Деникина. Хотя подобное решение не было новаторским – возможно, тактический прием был подсмотрен будущим командармом у генерала Брусилова…
Как бы то ни было, успех Кулика сильно сблизил его с товарищем Сталиным, вместе с, обороняющим Царицын, а ныне Сталинград. Однако Григорий Иванович был генералом старой закваски, всячески противящимся непонятным ему нововведениям… Хотя в то же время он не побоялся идти против самого вождя, прося его остановить вышедший из-под контроля маховик репрессий в армии и отстаивая свое право жениться на полюбившейся ему женщине.
Будучи главой артуправления, он действовал куда эффективнее Тухачевского, при нем приняли многие современные артиллерийские системы вроде гаубиц М-10 и М-30, новой танковой пушки Л-10, а также полковую трехдюймовку и противотанковую сорокапятку. Но сейчас он выступил со стремительной критикой противотанкового ружья, а до того раскритиковал минометы, воспрепятствовав производству легкой и мобильной окопной артиллерии. Во время же недавних боев на Халхин-Голе командарм схлестнулся с властным и волевым комкором Жуковым, после чего Кулика отозвали в Москву с выговором от Ворошилова…
Шапошников, впрочем, словно даже не обратил внимания на эмоциональный выпад Григория Ивановича, после чего твердо произнес:
– Повторюсь, Иосиф Виссарионович, я считаю необходимым вооружить отечественными ПТР наши стрелковые, а также кавалерийские части. Как показала практика боев за Львов, собственное ПТО могут не успеть подвезти, его можно потерять во время бомбежки или артналета, его подавит вражеская бронетехника, имея численное превосходство. А наличие бронебойных ружей у бойцов, как и прочих средств карманной артиллерии, дает им реальные шансы выстоять в бою даже против танков.
– Принимается, товарищ Шапошников!
Хозяин кабинета в первый раз улыбнулся за время совещания, немного даже порозовел с лица и уточнил уже своим обычным, повседневным тоном:
– Какие будут предложения у Генерального штаба по ходу кампании?
Борис Михайлович все так же молодецки, энергично кивнул:
– Докладываю, товарищ Сталин. В районе Стрыя в настоящий момент действует Двадцать второй германский армейский корпус, а также Пятая танковая дивизия, занявшая Бориславское нефтяное месторождение. Это крупные силы, однако начальник штаба Украинского фронта Николай Федорович Ватутин уже предложил операцию по окружению и разгрому данной группировки врага…
Снова направив указку к карте, Шапошников продолжил:
– В настоящий момент Двадцать третья легкотанковая бригада полковника Мишанина следует вдоль отрогов Карпатских гор, приближаясь к Бориславлю с юга. Сегодня под селом Красное у города Буйск случилась стычка с польскими уланами, действовавшими при поддержке старых танков «Рено». Однако, получив соответствующие указания, в дальнейшие боестолкновения с поляками бригада уже не вступала, а, частям Двадцать четвертой и Двадцать пятой польских дивизий были направлены делегаты связи с целью сообщить о вступлении СССР в войну с Германией.
Вражеской авиаразведкой бригада в настоящий момент не обнаружена, марш ее остановлен и будет продолжен ночью. Мишанину передано указание замаскировать танки. В свою очередь, Пятый кавалерийский корпус, командование которым принял на себя начальник штаба корпуса комбриг Павел Алексеевич Белов, переподчиняет себе Двадцать шестую лтбр и поворачивает на север с дальнейшим движением на северо-запад. Есть хорошие шансы, что подобного маневра враг сейчас не ожидает, и его авиаразведка не сможет с ходу обнаружить перемещение корпуса. В любом случае в интересах Пятого кавалерийского будут действовать две эскадрильи Двадцать восьмого иап. Еще одна прикроет район продвижения полковника Мишанина.
Сделав короткую паузу, чтобы прочистить горло, командарм продолжил:
– Ватутин рассчитывает, что Яркин сумеет оттянуть на себя основные силы Двадцать второго корпуса вермахта, продолжив штурм Стрыя при подходе Первой моторизованной стрелково-пулеметной бригады, а в дальнейшем и частей Четвертого кавалерийского корпуса. Когда же немцы перейдут в контрнаступление при поддержке Пятой танковой дивизии – а я считаю, что введение ее в бой неизбежно, – то Белов нанесет фланговый удар с севера, а танкисты Двадцать третьей лтбр займут нефтяные месторождения, одновременно с тем перерезав пути снабжения германской группировки с юга.
Намечаются «Канны» довольно солидной группировке германских войск… Но необходимо отметить, что скрытное сосредоточение наших частей для фланговых ударов невозможно без активных действий советской авиации. Допускаю возможным, что сил Двадцать пятого и Двадцать восьмого иап, действующих в интересах Каменец-Подольской группы, может быть недостаточно. В связи с чем я предлагаю уже сейчас перевести из Монголии на Украинский фронт авиагруппу Смушкевича и наиболее подготовленных, отличившихся в боях на Халхинг-Голе летчиков, передав опытным пилотам все пулеметно-пушечные истребители И-16 тип десять, что сегодня есть в наличии.
Иосиф Виссарионович, немного помолчав,
