12 лет самиздата. Как не перегореть на пути к мечте - Ольга Валерьевна Гуляева
Мне приятно, но и немного страшно, когда читатели, познакомившиеся со всеми моими романами, говорят о том, что у первого романа, у «Затмения», самый интересный и закрученный сюжет. С одной стороны, получается, я с первого раза выдала «конфетку», но с другой – неужели я не смогла написать ничего лучше? А когда хвалят «Как умирала Вера», я радуюсь за успех этой книги, но мне тревожно за остальные романы, в которых я тоже вижу хороший потенциал.
Пожалуй, стоит не конкурировать с другими успешными писателями, а, как бы банально это ни звучало, просто становиться лучшей версией себя, расти над собой, не стоять на месте и заботиться о форме и содержании своих творений. Я постоянно об этом думаю, и мои читатели дают мне понять, что не зря.
Мы конкурируем друг с другом не только на прилавках книжных магазинов и на полках читателей, но и на литературных премиях и конкурсах. Одна моя знакомая в прошлом году стала финалистом премии «Лицей». Воодушевившись, она решила написать текст, который будет лучше первого, ведь, по логике, тогда у него будут все шансы на победу. И вот он попадает в лонг-лист, держа курс на победу… Но в шорт-листе его не оказывается. Что происходит с автором в такой момент? Субъективные результаты заставляют его думать, что он исписался, раз не смог сделать лучше. Хотя цель была правильная – превзойти себя.
Последние годы, насыщенные общением с другими молодыми писателями, помогли мне понять главное: мы не плаваем в бассейне с акулами, а гребем в одной лодке. Чужой опыт, поддержка и ценные советы – зачастую решающие инструменты на пути к цели. Я очень надеюсь, что и эта книга для многих сможет стать одним из таких инструментов.
Как все успевать?
Начну с того, что это невозможно. Невозможно одновременно поддерживать идеальный порядок, достаточно времени уделять детям, обеспечивать разнообразное и вкусное меню, отдыхать, высыпаться, работать и полноценно заниматься любимым делом. Из этого перечня легче всего выкинуть последний пункт, потому что он практически не осязаем в моменте. Осязаема пыль на мебели, крошки под ногами, нечесаные дети и разбросанные по квартире вещи. Но, купившись на иллюзорную важность повседневных дел, легко упустить главное. Ведь именно систематические действия, от которых на первый взгляд нет никакой пользы, приводят к самому главному результату (если, конечно, смысл жизни и глобальная цель – это не отполированный до блеска пол в кухне).
Каждый раз, когда днем засыпает моя двухлетняя дочь, передо мной стоит выбор: прибраться в доме или сесть за компьютер. Еще есть опция «поесть», но если я выбираю ее, то, как правило, оказываюсь сытая, но недовольная, потому что у меня не осталось времени на работу. В общем, вместо того чтобы стараться все успеть, я постоянно выбираю и расставляю приоритеты. Все это требует больших моральных сил, но главное здесь – это видеть цель и понимать, ради чего все эти жертвы и метания.
Когда на писательство приходится урывать время, жертвуя другими делами и временем на общение с близкими, важно осознавать, что книга не появится другим способом. Когда-нибудь, возможно, будет проще. Хотя, оглядываясь назад, я понимаю, что легких периодов в моей жизни было не так уж и много, а значит, нет смысла ждать подходящего времени. Подходящее время – это здесь и сейчас. Поэтому работаем урывками, жертвуем, стараемся успевать везде понемножку и гнать мысли о том, что, если распыляться, ни одно дело не сделаешь хорошо.
Пишу эти строки и мысленно обнимаю самиздатных авторов, которые усердно работают, не имея гарантий и уверенности, что их творение увидит большая аудитория. Помню, я дописывала «Сливки», будучи беременной, часто задерживалась в офисе, чтобы писать после окончания рабочего дня. Дома ждал сын, а мне очень важно было закончить и подготовить рукопись к изданию. В итоге ее прочитало совсем немного людей, только те, кто был знаком с первыми частями трилогии. Блогеры и читатели со стороны обходили вниманием эту книгу. Но я трезво оценивала ее шансы и не питала особых иллюзий на ближайшее будущее. Понимала, что трилогию ждет большой путь, что она еще выстрелит, если я стану популярна, быть может, даже за счет других книг. Важно верить в накопительный эффект и быть терпеливым.
Куда проще приходится авторам издательств, даже если они находятся в такой же ситуации тотальной нехватки времени. Они знают, ради чего стараются, знают, что через несколько месяцев после передачи рукописи редактору книга появится на прилавках магазинов и на полках у сотней читателей.
Что самое тяжелое в писательстве? Здесь тоже у каждого свои трудности на разных этапах. Например, после двух месяцев работы над этой книгой я заключила, что мне нужно три дня, чтобы дописать ее. В итоге прошел месяц, а у меня так и не появилось трех дней, даже трех часов, для спокойной непрерывной работы. И ни один человек не сказал мне: «Вот тебе три дня, работай и ни о чем не волнуйся». Вот что самое тяжелое в писательстве лично для меня – найти на него время.
Я здраво расставляю приоритеты, не забываю уделять время себе и семье, хожу по магазинам и в кафе, не забрасываю личную жизнь. Но чувствую я себя по-настоящему счастливой только в те дни, когда мне удается поработать над рукописью. Это не касается всей моей жизни целиком, но касается тех моментов, когда мне важно закрыть определенный этап – например, сдать текст клиенту или рукопись в издательство.
Многие известные писатели умудряются создать себе идеальные условия для работы. Например, некоторые ежедневно закрываются на несколько часов в отдельном кабинете, чтобы семья не отвлекала (как правило, такая роскошь доступна писателям-мужчинам, у которых как будто нет других забот). Сначала у меня сводит зубы от зависти, когда я представляю себя на их месте, но потом начинаю осознавать, что тут, может, особо и нечему завидовать. Писателю нужны яркие идеи, воображение, рой мыслей и рассуждений, толпящихся в голове, подобно пассажирам электрички в час пик. Вот что делает писателя писателем. А вовсе не куча спокойных часов в тишине.
Я вспоминаю времена, когда у меня действительно была возможность писать подолгу,
