Тарковский. Так далеко, так близко. Записки и интервью - Ольга Евгеньевна Суркова
Суркова. Можно тогда говорить, что последняя картина Тарковского «Сталкер» посвящена людям, разочаровавшимся и опустошенным, утерявшим веру, но мучительно жаждущим ее нового обретения? Если герои «Соляриса», затерявшиеся в космическом пространстве, снова приходили к простой и вечной истине, что все-таки «человеку нужен только человек», то в «Сталкере» ваша мысль пошла иным путем. Вы рассказали о людях, которые должны отыскать в себе смысл и стимул своего существования, людях, которые, изверившись, хотят вернуть своей душе любой ценой утерянную гармонию, отыскать какую-то важную объединяющую людей идею, которая примирит их с миром и с собой. Сделает их вновь нужными и полезными друг другу…
Сталкер читает стихотворение Арсения Тарковского:
Вот и лето прошлоСловно и не бывало.На пригреве тепло.Только этого мало.Все, что сбыться могло.Мне, как лист пятипалый,Прямо в руки легло.Только этого мало.Понапрасну ни зло,Ни добро не пропало.Прямо в руки легло.Только этого мало.Жизнь брала под крыло,Берегла и спасала,Мне и вправду везло.Только этого мало.Листьев не обожгло,Веток не обломало…День промыт, как стекло.Только этого мало.Сталкер читает это стихотворение тогда, когда ему особенно тяжело и глубоко раздражение против него, зародившееся у его спутников. Он читает этот стих в надежде на понимание, намекая им на собственную неустроенность в этом мире и жажде возродить вместе с ними свою надежду – поведать снова, что «не хлебом единым жив человек», который вновь и вновь гонится за этой надеждой… На этот раз в Зону.
Тарковский говорит, что «искусство несет в себе тоску по идеалу. Оно должно поселять в человеке надежду и веру. Даже если мир, о котором рассказывает художник, не оставляет места для упований. Нет, даже еще более определенно: чем мрачнее мир, который возникает на экране, тем яснее должен ощущаться положенный в основу творческой концепции художника идеал, тем отчетливее должна приоткрываться перед зрителем возможность выхода на новую духовную высоту».
Его последний фильм, разворачивающий перед нами горькую картину человеческой усталости и разочарования, все-таки утверждает высокий смысл нашей жизни: мало покоя, мало сытости и комфорта, мало успехов и преуспевания. Человеку всегда нужно что-то большее, что одухотворяет и освещает смысл его существования, что соединяет его с другими людьми… Фильм Тарковского открывает духовные шлюзы всем тем, кому, может быть, и «вправду везло», но «только этого мало»…
Мы прерываем наш разговор на полуслове, чтобы снова и снова продолжать его. Наверное, Тарковский напишет еще много статей и книг. Может быть, его идеи еще более отшлифуются со временем, обретут законченность и логическую завершенность, безупречную последовательность. А пока мы расстаемся с ним в тот момент, когда он приступает к работе над своей новой картиной и, как всегда, пересматривает и передумывает многое из того, что более или менее убедительно удалось изложить в данной книге.
