Мюллер. Нацистский преступник, избежавший петли - Андрес Зегер
Будучи шефом отдела II, Мюллер лично руководит и подразделением II 1 F, ответственным за картотеку, репутацию и сбор документации. 9 июля 1934 г. Генрих Мюллер отдал распоряжение о полном ведении личных дел таким образом, как приказал это делать еще Герман Геринг в свою бытность прусским премьер-министром и руководителем прусской тайной государственной полиции[168]. Дела должны быть заведены как на «политически» провинившихся, так и на замеченных в шпионаже граждан. На 1 января 1939 г. в главной картотеке гестапо было 1 980 558 личных карточек и 641 497 личных дел[169]. Во время войны около 250 служащих гестапо занимались регистрацией карточек и личных дел.
12 декабря 1935 г. согласно приказу Гейдриха гестапо начало составление полного списка, включавшего в себя, прежде всего, «левые враждебные элементы». Систематическое поступление информации о подозреваемых в случае войны должно было послужить поводом для взятия «врагов народа» под «охранный арест». Так называемая картотека А была разделена на 3 части. В первой были собраны данные о «врагах народа», которые, в силу своей большой значимости и опасности, при проведении тайных предварительных мер по всеобщей мобилизации должны быть арестованы в первую очередь. Находившиеся в списках второй и третьей частей подозреваемые должны быть арестованы только в случае открыто объявленной мобилизации или «во время тяжелых испытаний»[170].
Мюллер абсолютно точно знал обо всех важных для сферы его деятельности процессах, личностях, назначениях. Его интересовала также информация, выходившая за рамки чисто полицейской деятельности. Он общался как с руководителями СС и полиции, так и с занимавшими более низкие должности служащими главных ведомств, представителями финансовых органов управления, поскольку они были для него желательным источником информации[171]. Одной из важных задач политической полиции Мюллер считал профилактику государственных преступлений.
Он совершенствовал предложенную его начальниками систему карточного учета подозреваемых и сам собрал данные о руководстве национал-социализма, министрах, высокопоставленных чиновниках. Право начинать слежку и использовать информацию из личных дел важных фигур в государстве, экономике, партии поставило гестапо, а прежде всего ее шефа, в привилегированное положение по сравнению с другими правительственными организациями[172]. Последние исследования показывают, что гестапо не достигло цели тотальной слежки и в большинстве случаев зависело от информации других контролирующих органов и, прежде всего, от показаний населения[173].
Количество доносов в течение второго года войны настолько увеличилось, что Мюллер вынужден был информировать 24 февраля 1941 г. службу государственной полиции «о доносах среди родственников и в супружеских парах».
«На одном из полицейских участков было заведено дело, в котором муж обвинял свою жену в шпионаже и других действиях против третьего рейха. Жену арестовали. При проверке, длившейся довольно долго, была установлена безосновательность обвинения. Донос был сфабрикован мужем для того, что бы в результате ареста жены, как „врага народа“, ускорить бракоразводный процесс. Супруги жили отдельно уже с 1929 г.»[174].
Двумя указами от 26 июня 1936 г. Гиммлер реорганизовал немецкую полицию. Наряду с должностью рейхсфюрера СС 17 июня 1936 г., он становится шефом немецкой полиции, объединяющей полицию по охране правопорядка и полицию безопасности. Главой только что созданного главного управления полиции по охране правопорядка (орпо) был назначен генерал Курт Далюге. В главном управлении «полиции безопасности» (зипо) группенфюреру СС Райнхарду Гейдриху подчинялись политическая и криминальная полиция. Политическая полиция в главном управлении зипо являлась аналогом гестапо. Прообразом криминальной полиции послужила прусская криминальная полиция. Если гестапо рассматривалось как министерское ведомство, то тогда оно именовалось «главным управлением полиции безопасности», если же оно рассматривалось как управленческая инстанция, то употреблялось обозначение «управление тайной государственной полиции». При рассмотрении криминальной полиции как ведомства, подчиняющегося министерству, использовалось название «главное управление полиции безопасности», а когда говорилось об управленческой инстанции, то употреблялось понятие «управление криминальном полиции рейха»[175].
Из кадрового плана главного управления полиции безопасности от 1 января 1938 г. следует, что полиция безопасности состояла из адъютантуры шефа полиции Райнхарда Гейдриха, главного бюро, отделов управления и права, политической криминальной полиции. В управлении политической полиции обязанности заместителя Гейдриха выполнял СС-штандартенфюрер, оберрегирунгерат (высший чиновник) и советник криминальной полиции Генрих Мюллер. Этот пост он занял сразу же после основания главного управления полиции безопасности, несмотря на то, что он, в качестве руководителя отдела полиции по внутриполитическим отношениям (ПП II)[176], контролировал следующие сферы деятельности:
ПП II А: коммунисты и другие марксистские группы
Референт: высший чиновник и советник криминальной полиции Геллер
ПП II В: церковь, секты, эмигранты, евреи
Референт: Генрих Мюллер
ПП II С: оппозиция, австрийский вопрос
Референт: СС-штурмбаннфюрер Губер
ПП II D: «охранные аресты», концентрационные лагеря
Референт: Генрих Мюллер
ПП II Е: финансовые, аграрные, социально-политические вопросы
Референт: Генрих Мюллер
ПП II G: радиослежка (нелегальный радиопередатчик)
Референт: Генрих Мюллер
ПП II Н: вопросы, касающиеся партии, ее структур и сопутствующих организаций
Референт: советник криминальной полиции Мейзингер
ПП II J: иностранная политическая полиция
Референт: Генрих Мюллер
ПП II Веr.: отчеты о положении дел
Референт: Генрих Мюллер
ПП II Р: пресса
Референт: высший чиновник Клейн
ПП II S: борьба с гомосексуализмом и абортами
Референт: советник криминальной полиции Мейзингер
Влияние Генриха Мюллера на политическую полицию как отдел полиции безопасности видно из приведенного списка, согласно которому он является руководителем большинства ведомств. Полиция безопасности была одной из главных опор полицейской организации и национал-социалистического режима террора и слежки. Централизация и разгосударствление полиции были вызваны событиями, которые можно было предугадать еще при назначении Гиммлера заместителем шефа гестапо в Пруссии. Политическая полиция наконец отделилась и в качестве государственной тайной полиции имела собственное место как в гестапо, так и в главном управлении полиции безопасности[177]. Шеф РСХА Гейдрих был формально назначен начальником гестапо, однако фактически, по воспоминаниям последнего руководителя полиции Франкфурта-на-Майне, шефом гестапо являлся Мюллер[178].
Гейдрих имел четкое представление об образовании служащих в полиции безопасности. «Вся организация полиции прекратит свою деятельность, если служащие в ней люди перестанут соответствовать профессиональным и личным характеристикам, которые требуются от них для достижения великой цели. Это, конечно же, зависит от расовых и общечеловеческих качеств, от возраста, от полученного воспитания, от профессиональной подготовки и, в конце концов, от настроя, с которым люди выполняют свою работу. […] Эта организация должна создать служащего-солдата, учитывая его профессиональные
