Хлорид натрия - Юсси Адлер-Ольсен
Карл слегка пожал плечами. Возможно, она и права, но начальник отдела убийств тут главный. К тому же это дело задело в Карле какую-то неожиданно чувствительную струну. Спустя столько лет мысль о маленьком мальчике и его матери, потерявшей самое дорогое, всё еще была невыносимо болезненной. Он не мог закрыть глаза и думать об этой страшной случайности слишком долго, не ощутив снова её дрожь так же живо, как будто это было вчера. Не потому ли, что теперь он сам стал отцом?
— Думаю, вы видели, что Маркус выделил внизу отчета о пожаре, так что нет нужды объяснять, насколько этот аспект дела для нас приоритетен. И не только ради Маркуса, но и ради нас с вами и отдела Q.
— Ты про поваренную соль? — спросил Гордон.
Карл кивнул.
— Роза, ты работаешь в отделе Q с 2008 года. Это должно тебе о чем-то говорить, разве нет?
— Поваренная соль? — Она покачала головой.
— Что ж, покопайся, потому что я точно знаю: несколько лет назад было закрытое дело, имевшее какое-то отношение к соли. Маркус тоже это помнит. Но, как я уже сказал, это было давно, мы не можем точно вспомнить, когда именно. Посмотри старые дела, начиная с 2000 по 2005 год, может, на что-нибудь и наткнешься.
— Что-нибудь про соль? — Она выглядела недовольной.
— Да.
— Ух ты, какое удивительное задание. Спасибо большое, Карл. А кстати, у моего двоюродного брата во дворе огромная куча соли. Ты его тоже собираешься арестовать?
Карл приподнял брови. Раз она в таком настроении, придется применить жесткие меры.
— Спасибо за сарказм. Подумай о том, что Маркус для тебя сделал, Роза. Он вернул тебя в строй почти в том же состоянии, что и пять лет назад, — снова в поле и со всеми вытекающими. Так не думаешь ли ты, что Маркус заслуживает того, чтобы ты сделала всё возможное, чтобы снять с его плеч это дело?
Она вздохнула.
— Ты был гораздо легче в обращении, когда был просто озлобленным старым козлом, а не святошей с таким же старым козлом. Но да, раз ты хочешь помучить меня, заставив просматривать старые дела, пока Ассад разгребает те, что лежат у нас на столах, — я подчиняюсь.
Она развернулась на каблуках, прежде чем он успел ответить. Чертовски раздражает.
Он повернулся к Гордону. Тот выглядел так, будто ожидал, что ему сейчас достанется за нее.
— А ты, Гордон, — сказал Карл, выделив голосом имя так, что парень вздрогнул, — поможешь мне.
Гордон расслабил плечи.
— Тебе нужно найти вдову владельца автомастерской. А потом разыскать пожилую женщину, которая была на похоронах, — двоюродную сестру Майи Петерсен. А когда сделаешь это, приведешь их обеих ко мне. Живо!
***
Новый кабинет Карла на первом этаже ничем не отличался от остальных: стандартная мебель, легко поддающаяся дезинфекции. Он открыл окно, положил отчет Маркуса на подоконник и начал читать с самого начала. На это у него ушло почти четверть пачки сигарет, потому что отчет был необычайно скрупулезным, как и всё, что Маркус Якобсен писал за годы работы старшим криминальным комиссаром. Тем не менее к этому делу он, казалось, отнесся с еще большим вниманием, вероятно, потому что сам был почти очевидцем событий и никогда не мог забыть отчаяние молодой матери.
Уже на первой странице Маркус выражал недовольство тем, что тогдашний начальник отдела убийств прекратил расследование и зарегистрировал дело как несчастный случай.
На последующих страницах были выдержки из допросов свидетелей, которые проводил Маркус, но по существу ни один из них не содержал ничего существенного — если вообще содержал.
«Что вы видели?» и «Что вам известно?» — спрашивал Маркус каждого, с кем беседовал. А применительно к этому делу: «Вам что-нибудь известно о том, что могло привести к такому мощному взрыву?» Никто не дал ему никакой зацепки. Молодая женщина, потерявшая ребенка, объяснила, зачем поехала в мастерскую. Причина была в задней полуоси её «Ситроена Дьян», которую требовалось заменить из-за коррозии. И каждый раз, когда она доходила до момента взрыва, когда коляску с трехлетним сыном вырвало у нее из рук, она срывалась на рыдания.
Затем следовали показания вдов погибших механиков. В целом ничто не указывало на то, что мастерская не была образцом трудолюбия и профессионализма. Они часто работали сверхурочно, но зарплату всегда платили вовремя, и она была неплохой — напротив, заметила одна из жен.
Карл подчеркнул этот факт особо.
***
— Найти вдов оказалось нетрудно, Карл. Женщина, которая была замужем за владельцем мастерской, снова вышла замуж и сменила фамилию, но, к счастью, живет по тому же адресу.
— Когда она будет здесь, Гордон?
— Она уже здесь. Ждет в кабинете Розы.
Карл одобрительно кивнул. Похоже, пришло время признать, что самый младший член их отдела уже не такой желторотый птенец, каким был раньше.
— А двоюродная сестра, которая дала объявление в газету, приедет в течение часа. Она немного нервничает и недоумевает, зачем вы хотите с ней поговорить, но я сказал ей, что обычно вы не кусаетесь. — Он ухмыльнулся.
«Обычно не кусается?» — подумал Карл и вяло улыбнулся. Возможно, Гордон всё же еще желторотый.
— Приглашай её.
Карл закрыл папку, чтобы вдова не увидела тревожных фотографий с места происшествия.
Он понятия не имел, как она выглядела тридцать лет назад, но для женщины за шестьдесят она выглядела необычайно молодо. «Немногое в этом лице могло быть создано Богом», — подумал он, когда она сняла маску. Она попыталась улыбнуться, но улыбка так и не сложилась.
Первые несколько минут Карл пробивался через обычные вопросы, но потом подумал: «Либо пан, либо пропал». И задал вопрос, которого не было в отчете. Наугад.
— Ваш муж тогда имел дело с большими деньгами. Как вы это ощущали?
Она откинула волосы за ухо, и на лбу обозначилась всего одна морщинка.
— Но мы всегда вовремя платили по счетам, если вы об этом?
— Нет, я имею в виду разные блага: машина, посудомоечная машина, новая одежда и всё такое.
Она выглядела обрадованной тем, что ей предложили конкретные варианты.
— Ну, Ове купил домик для отпуска. Тот, что у меня до сих пор в Тисвилле.
Карл присвистнул.
— Должно быть, это
