Отсюда не выплыть - Лорет Энн Уайт
Не в силах справиться с собой, Джемма резко дернула поводки и поспешила приблизиться к маленькой группе возле белого «БМВ». Не отрывая глаз от лица Оливера, она сказала:
– Прошу прощения, что вмешиваюсь, но я…
Тут она замолчала. Мальчуган поднял голову и взглянул на нее большими, невинными, светло-голубыми глазами. Это были глаза ее сына, и их взгляд причинил Джемме такую боль, что она едва не задохнулась. Разом ожили все ее материнские инстинкты. Каждая клеточка ее тела ныла, кричала и болела от желания прикоснуться к мальчугану, обнять, подхватить на руки, почувствовать его запах, забрать с собой навсегда. Жаль, что Эдам умер. Они могли бы взять Оливера к себе, вырастить его, воспитать. Она бы не пожалела себя и сделала все, чтобы мальчик полностью принадлежал ей. Втроем они могли бы начать все сначала, снова стать семьей.
Осознав, что обе женщины глядят на нее с недоумением и некоторой опаской, Джемма постаралась взять себя в руки. Она даже слегка откашлялась, открыла рот и… не смогла вспомнить, что же, собственно, собиралась сказать. Торопливо смахнув слезы, которые текли по ее лицу, Джемма пробормотала, запинаясь:
– Извините еще раз… Я просто увидела, как вы выходите из… – Она махнула рукой в сторону дверей больницы. – Меня зовут Джемма, мой муж тоже там… Эдам. Эдам Спенглер… Он и Глория… они… Вы, наверное, ее мать?
Пожилая леди резко выпрямилась, и на ее лице появилось удивленное выражение. Несколько секунд она разглядывала Джемму (глаза у нее покраснели, как у человека, который недавно плакал) и наконец кивнула.
– Да, вы правы. Я – Рут Бергсон.
– Примите мои соболезнования, Рут, – сказала Джемма и снова откашлялась. – Я только недавно узнала о… о том, что в жизни моего мужа есть Глория… – Она посмотрела на мальчугана. – …и Оливер.
– Даже не знаю, что вам сказать, миссис Спенглер. Я тоже вам сочувствую, но… Глория была моим единственным ребенком.
– Скажите, вы знали моего Эдама? Видели его?
Рут сглотнула. Кивнула.
– Он несколько раз бывал в нашем доме… Мы знали, что у них с Глорией все очень серьезно и… Он нам нравился. Нам было известно, что Эдам женат, но он говорил, что в ближайшее время собирается развестись.
И снова Джемма пошатнулась словно от удара. Мир – ее мир – продолжал разваливаться на куски.
– Он… я имею в виду – Оливер… Он очень похож на Эдама и на… на нашего сына Джексона. Он умер чуть больше двух лет назад – Джексон, я хочу сказать… То есть примерно тогда, когда Оливер появился на свет.
При этих ее словах Рут явно забеспокоилась и оберегающим жестом опустила ладонь на головку малыша. Джемма это заметила и решила переменить тему.
– Полиция… они не сказали вам, что произошло? – спросила она. – Они знают, кто это сделал?
– Они все еще разыскивают эту женщину – Купер, – ответила Рут. – В боковом отделении папки с образцами картин нашли ее удостоверение личности. А ее подпись стояла на картинах, которые были разбросаны там, где… на месте преступления. Камеры наблюдения сняли, как она входила в галерею – это было за несколько минут до закрытия. Детектив Хейверс намекнула мне, что Хлоя Купер ненавидела Эдама. По сведениям полиции, у нее есть проблемы с психическим здоровьем и адекватным восприятием реальности…
Глаза Рут наполнились слезами, и она полезла в сумочку за новой салфеткой. Няня, которая все это время молчала, взяла Оливера за руку.
– Идем в машинку, Олли.
– Погодите!.. – воскликнула Джемма.
Она не могла допустить, чтобы Оливер вот так запросто исчез из ее жизни. Опустившись на корточки, она постаралась улыбнуться малышу своей самой приветливой и благожелательной улыбкой.
– Ты очень похож на моего сыночка, когда он был в твоем возрасте, – проворковала она и, коснувшись рукой пухлого запястья мальчугана, слегка погладила его мягкую кожу, но Оливер резко отдернул руку и посмотрел на бабку.
Новая боль пронзила Джемму. Это было хуже, чем нож, хуже, чем стрела. Даже хуже, чем смерть.
– Хочешь познакомиться с моими собачками, Оливер? – предприняла она еще одну попытку, но мальчик лишь отрицательно покачал головой и всем телом прижался к ногам няни, явно предпочитая держаться подальше от Джеммы и ее кавапу.
– Садись в машину, Олли, – мягко, но настойчиво повторила няня.
Мальчуган тотчас выпустил ее ноги и полез в салон. Няня помогла ему сесть в детское кресло и застегнула ремни безопасности.
При мысли о том, что Эдам мертв и его шлюховатая подружка тоже, Джемма испытала приступ свирепой, мрачной радости.
– Что теперь будет с мальчиком? – спросила она Рут.
Я могу взять его к себе. Я о нем позабочусь. Он станет моим сыном!
– Оливер будет жить с нами, – сказала Рут. – Он не раз гостил у нас дома, ко всему там привык. Мальчик любит своих бабушку и деда, к тому же с ним будет Габриэлла… Слава богу, он еще совсем мал!.. – В глазах Рут заблестели слезы. – Бедный мальчуган! По крайней мере, он будет с родными людьми, хотя пройдет, наверное, еще очень много времени, прежде чем он забудет… Если вообще когда-нибудь забудет, но, по крайней мере, Оливер не будет так уж сильно страдать. Да и с материальной точки зрения он вполне обеспечен. – Она немного помолчала и добавила: – Есть еще одна вещь, о которой упомянула эта женщина-детектив. Похоже, незадолго до смерти Эдам… ваш муж… испытывал некоторое беспокойство, и она хотела знать почему.
– Беспокойство? Что вы имеете в виду?
– Буквально за день до смерти Эдам перевел свой капитал на отдельный счет и изменил завещание.
– Не понимаю!..
Джемма действительно была потрясена.
– Теперь, когда Глории не стало, имущество отца переходит к Оливеру полностью. Точнее, оно поступает в доверительное управление опекунов, пока мальчик не достигнет совершеннолетия, и включает особняк на Магнолия-лейн, галерею, где Эдам был совладельцем, его «Теслу», которую он распорядился продать, а также его новый дом в Кроуз-Пойнт…
Джемма растерянно уставилась на нее.
– К-как… откуда вы знаете?
– С нами связался адвокат Эдама из Онтарио. Он работает по доверенности с ограниченными условиями. По-видимому, Эдам оставил ему распоряжение начать перевод средств на отдельный счет и внести изменения в завещание. Женщина-детектив интересовалась, не знаю ли я, по какой причине Эдам так поступил. Она считает, он подозревал, что ему может
