Охота на зверя - Алиса Валдес-Родригес

Инспектор повернулась в сторону плато и, превозмогая боль, двинулась прочь от раненого, к тропе, которая через пару часов выведет к кемпингу, где она опрашивала парочку на минивэне.

– Эй! – закричал ей вслед Аттикус Эверетт. – Куда ты собралась?! Ты не можешь вот так взять и бросить меня!

Джоди не ответила. Она отлично знала, что вполне может так сделать – и сделает.

Глава 39

Эшли встретилась с Бекки и Каталиной в Санта-Фе, у входа в районную травматологическую больницу, и отдала им ключи от служебного автомобиля Джоди, чтобы и машина, и лошади до поры до времени побыли у них. Потом, сидя в холле больницы, помощник шерифа пыталась отвлечься от тревог о пропавшей старшей подруге, горстями забрасывая в рот картофельные чипсы. В 21:34 ее передатчик разразился треском, и скрипучий голос диспетчера Карины принес ужасную весть о ранении полицейского. Егерь, сообщила Карина, ожидает помощи в кемпинге возле начала тропы на горячие ключи Лоуэр-Фреситы. Пока за пострадавшей присматривает пожилая чета, приехавшая в жилом фургоне. От таких вестей кровь застыла в жилах у Эшли.

Она чувствовала себя ответственной за то, что Джоди пришлось одной противостоять самым гнусным монстрам, которых только возможно представить. Ей хотелось самой поехать на вызов, но оставлять Милу одну в больнице было нельзя. Эшли понимала, что обращаться к Оскару не следует, ведь Джоди наверняка не поставила брата в известность о похищении племянницы, чтобы не расстраивать его. Оставался единственный человек, который будет рад приехать в больницу и которому Эшли безоговорочно доверяет: Лайл. Ромеро набрала основной номер ранчо и была удивлена тем, что ей ответил не Даггетт, а сам хозяин, Джонас Зауэр. По словам владельца, он понятия не имел, где черти носят управляющего, но тот вроде бы отправился в город помочь другу. Эшли поинтересовалась номером мобильного Даггетта, для убедительности сообщив, что она из полиции, и таким образом избавив Зауэра от возможных моральных терзаний.

Лайл снял трубку после первого же гудка. «Хел-ло-о-у», – протянул он нараспев. Эшли рассказала ему все, что знала, и спросила, не согласится ли он приехать в больницу и ждать там вестей о Миле. А еще заверила, что, судя по ее наблюдениям, ни один из так называемых «Парней Зебулона», стоявших лагерем в заказнике, уже не сможет устроить особых неприятностей. Трое из четверых бандитов-мужчин мертвы, четвертый, их лидер, получил ранение в лесу, пока пытался скрыться. Единственная женщина из отряда сидела в яме на территории лагеря, и к утру ее наверняка арестуют. Лайл пообещал приехать сразу же, как запрет дом Джоди. Эшли рассказала об этом медсестрам в больнице и с набитым чипсами животом поспешила на парковку, чтобы сесть во внедорожник и отправиться на помощь новой подруге и коллеге.

Однако к тому времени, как ей удалось добраться до кемпинга, стало ясно, что она прибыла на место далеко не первой. Ее опередили Гуэрел и три бригады телевизионных новостей. А вот Джоди здесь уже не было: репортер сказал, что ее увезли в ту самую больницу, из которой только что уехала сама Эшли. Она с раздражением заметила, как шериф Гуэрел красуется перед направленными на него камерами, подошла ближе и услышала, как он говорит:

– Расследование еще ведется, но я могу сказать, что Департамент шерифа округа Рио-Трухас внес решающий вклад в ликвидацию террористической сети. Мы будем информировать общественность о новой поступающей информации.

Ну еще бы, подумалось Эшли.

Он активно мешал расследованию, но теперь, когда публике стало известно о раненом егере, решил изобразить себя героем!

Эшли не испытывала к начальнику ничего, кроме ненависти.

Она вернулась в свой автомобиль и с дороги позвонила Лайлу. Тот сказал, что Милу выписали, выдав ей костыли, что нога, скорее всего, быстро придет в норму и что он отвезет девочку домой. Эшли попросила выяснить, доставили ли уже Джоди. Лайл, похоже, по старой привычке прикрыл трубку рукой, вместо того чтобы отключить микрофон, а потом повторил слова кого‑то из сотрудников больницы:

– Джоди почти на месте. Возможно, ей понадобится операция.

– Вот дерьмо, – расстроилась Эшли. – Ладно. Отвези домой Милу, а я вернусь в больницу проведать инспектора Луну.

– Вообще‑то это необязательно, – возразил Лайл, – ее брат только что подъехал.

– Как он узнал, что Джоди там?

– Это крутят во всех новостях, заместитель шерифа, – пояснил Лайл.

– Понятно, а как остальные пострадавшие?

– Ана Луз, вероятнее всего, уже рожает, а Альтаграсия в реанимации. Врачи не знают, выживет ли она. Мила сказала, что еще одна женщина до сих пор сидит в яме, но она из команды плохишей.

– Спасибо, Лайл, – поблагодарила Эшли и закончила разговор. Нужно будет утром направить в сторону лагеря террористов поисково-спасательную команду. До тех пор с теткой в яме, скорее всего, ничего не случится.

Эшли еще некоторое время катила куда глаза глядят, хотя официально была не на дежурстве: если уж на то пошло, у нее вообще был выходной. А потом помощник шерифа осознала, что отец, который совсем один дома, почти наверняка столкнулся с какими‑нибудь сложностями, пусть даже в последние два дня он то и дело уверял дочь, что справится сам. Ромеро глубоко вздохнула и направила машину к маленькому домику на большом участке земли на окраине Эспаньолы, где прошло ее детство. Глава 40

На следующее утро Джоди проснулась в симпатичной, но незнакомой просторной комнате, в очень мягкой постели со слишком уж большим количеством подушек. Полы тут были из какого‑то темного дерева, а из мебели стояли только кровать, комод и небольшой письменный стол возле дровяной печки. По-домашнему уютная комната пропахла сосновым дымком. Джоди не сразу вспомнила, где она и как сюда попала. Ну да, это же аббатство Оскара, а сама она находится в одном из маленьких коттеджей для гостей. Потом вернулись и остальные воспоминания. О том, как ей все‑таки не пришлось стрелять в себя (после долгого пути с раной в боку, которая, кстати, оказалась серьезнее, чем думалось вначале, Джоди потеряла сознание, и ее нашла симпатичная чета пенсионеров из Лас-Крусеса, проводившая выходные на горячих ключах), как еще на пути к началу тропы она решила забросить пистолет Эверетта в заросли, потому что из-за растущей слабости и головокружения заподозрила, что может и не дойти до своей цели. Как потом очнулась в машине скорой помощи и увидела над собой озабоченные лица медиков. Как в больнице