Беспощадное возмездие - Роберт Брындза
Затем Аннабель перевела свое внимание на зеленую папку. Она открыла ее на первой странице. Там находились поляроидные фотографии, которые она собирала последние несколько лет. Лицо человека на первых снимках было очень известным. Он был серьезным, властным мужчиной, «семьянином», но на фотографиях был заснят голым и под кайфом, его ноги раздвинуты, а из заднего прохода торчала гигантская секс-игрушка. Аннабель продолжала просматривать порочные снимки. Это было ее досье на богатых и влиятельных мужчин, заполненное фотографиями, подобными этой. Постыдные и откровенные снимки. Фотографии, которые могли разрушить брак… и привести к потере карьеры или даже проигрышу в выборах. Это была ее страховка.
Аннабель положила зеленую папку обратно в сейф, затем закрыла его и ввела код. Выходя из спальни, она остановилась и посмотрела на рамку на стене. Это был кадр из первого диснеевского мультика «Гадкий утенок». Утенок сидел на бревне, печально глядя на свое отражение в воде. На аукционе он обошелся Аннабель в восемь тысяч фунтов стерлингов. Но это была не просто инвестиция, он служил ей напоминанием о том, что она выжила и будет бороться дальше.
Аннабель и сама была гадким утенком. Она была маленькой, худенькой, вызывающей жалость девочкой, пока незадолго до своего шестнадцатилетия внезапно не превратилась в прекрасную молодую женщину. В детском доме это стало для нее спасением. Другие привлекательные девушки страдали от нежелательного внимания, и в случае с одной из них это внимание было тотальным и вселяющим ужас.
К тому времени, когда Аннабель расцвела, став настоящей красавицей, ей оставалось всего несколько недель до шестнадцатилетия. Тогда она могла свободно покинуть детский дом, неся за себя полную юридическую ответственность.
Она прожила в Дрексел-Хилле почти восемь лет, и некоторые вещи, которые там видела, навсегда запечатлелись в ее памяти. Но Аннабель всегда отличалась зрелостью. Она никогда не позволяла себе потеряться в настоящем. Что-то в глубине души всегда подсказывало ей, что ничто не вечно. Она собиралась покинуть это место и устремиться к лучшей жизни.
В тот солнечный день, сразу после смерти матери, она приподняла Мака за ноги, и он выпал из окна. Это научило ее тому, что в ее силах все изменить.
И ей нужно было изменить еще кое-что, прежде чем она уедет отсюда навсегда.
43
Когда Эрика вернулась в участок на Луишем-Роу, оперативный штаб был наполовину пуст. Мосс и Крейн работали за своими столами.
– А где все? – поинтересовалась она, снимая пальто и вешая его на спинку стула.
– В столовой, пошли перекусить бутербродами, – ответила Мосс.
– А как насчет вашего обеда?
– Мой любимый приготовил для меня порцию домашней картофельной запеканки с мясом. – Мосс показала пустой контейнер.
– Жаль, что моя жена не умеет готовить, – пожаловался Крейн. – Я купил ей прелестный маленький чугунок фирмы «Ле Крузе». Он идеально подходит для двоих, но она использует его как вазу для фруктов.
Эрика подошла к столу Крейна и увидела, что он просматривает записи камер видеонаблюдения на Оксфорд-стрит в ночь на пятницу, третье марта. Она отметила, что на часах было 21:47.
– Что это? – ткнула в экран она.
Крейн сухо рассмеялся и потер глаза.
– Помнишь, я засек номер машины таксиста, который высадил «девушек из Матрицы» на Олд-Комптон-стрит?
– Да. Последнее, о чем ты мне говорил, что оставил ему два сообщения.
Крейн взял блокнот и пролистал страницы.
– Сегодня утром он поднял трубку. Как раз в тот момент, когда я проследил путь такси через систему видеонаблюдения до Кэмдена. Это был сущий кошмар, но, к счастью, у меня были адресно-временные коды и друг, который работает с системами видеонаблюдения в центральном здании Департамента транспорта Лондона. Как бы то ни было, как только я отследил их путь до Кэмдена, таксист, который вез девушек, сам мне перезвонил. Он помнит их, говорит, подобрал возле блошиного рынка «Кэмден-маркет».
– А где именно?
Крейн воспользовался поиском на своем компьютере и нашел видеозапись с камер видеонаблюдения.
– Это Джеймстаун-роуд, недалеко от железного моста у Кэмден Лок. Они ждали у ресторана «Вагамама».
На дороге было многолюдно, но они смогли разглядеть пять девушек, которые ждали на тротуаре возле здания, похожего на офисное. Над дверью на первом этаже висела вывеска «Вагамама». Все девушки стояли, скрестив руки на груди, а потом подъехало черное такси, и они сели внутрь.
– Они ели в ресторане?
– Нет. Ну, они пришли не оттуда. Они простояли на улице шесть минут, не разговаривая друг с другом, ожидая такси… – Крейн прокрутил видео еще раз. Прохожие проносились мимо, но пять «девушек из Матрицы» в маленьких черных платьях, черных перчатках и с длинными темными волосами стояли неподвижно, не улыбались и, казалось, лишь изредка переговаривались друг с другом. – Вот, смотри, они перешли через эту дорогу. – На перемотке девушки переходили дорогу в обратном направлении. – Они вышли из крытого рынка.
– Черт. Джессика Голдман сказала владелице проката костюмов, что заказ на грим и макияж для них был в Мэрилебоне.
– Они могли быть в Мэрилебоне раньше в тот день. Но сейчас я хочу отследить их передвижения по крытому рынку и выяснить, куда они заходили и когда. Черное такси поймать было проще, потому что у меня был временной код и местоположение.
– Я знаю. Ты отлично справляешься, – похвалила Эрика, похлопав его по плечу. – Ты обедал?
– Перекусил сырными чипсами.
Эрика порылась в сумке и достала двадцатифунтовую купюру и дешевый бутерброд с сыром, который купила себе.
– Пойди подыши свежим воздухом и съешь что-нибудь приличное.
Он улыбнулся и замотал головой.
– Босс, тебе не обязательно это делать.
Эрика покачала головой и сунула банкноту ему в руку.
– Ты круглыми сутками сидишь с этими записями. Это не осталось незамеченным. А теперь иди и купи что-нибудь горячее на обед. Если хочешь, задержись на час или подольше. Это приказ.
– Я задержусь максимум на час, а потом займусь записями с камер наблюдения, – пообещал Крейн, взял пальто и, улыбаясь, вышел.
– Вам следует показывать на собственном примере то, о чем говорите, – заметила Мосс, глядя на дешевый бутерброд с сыром в руке Эрики. – Вы выглядите немного приболевшей.
Горло у Эрики запершило сильнее, и она приняла очередную дозу обезболивающих. Она достала номер Дэниела, который дала ей Кудряшка Сью. Каждый раз, когда у них появлялась новая информация или что-то, что казалось прорывом в расследовании, открывались определенные нюансы. Просмотр записей с камер видеонаблюдения о передвижении девушек завел в
