Свет мой тишина - Анна М. Полякова

Марич возник в поле зрения с махровым полотенцем в руках. Одно он уже успел повязать вокруг бедер.

– Все, что мне удалось найти. Может быть, на верхних этажах есть халаты?

– До завтра они нам все равно не понадобятся, – ответила я и притянула Марича к себе за полотенце, которое тут же упало на пол.

Первую ночь в доме мы провели в гостиной, так и не успев подняться в спальню. Благо диван тут был просто огромным, что позволило нам не только освоить всю его площадь в порыве страсти, но и крепко уснуть под пледом, прижавшись друг к другу.

Мы проспали до утра в одном положении. Я ни разу не проснулась от ночных вздрагиваний Марича. То ли на новом месте ему отлично спалось, то ли он просто оберегал мой сон, не сомкнув глаз.

Я проснулась от того, что Марич пытался вытянуть из-под моей головы свою руку, которую я всю ночь использовала как подушку. За окном было уже светло, я приподняла голову, позволяя ему освободиться, и, кажется, снова заснула.

– Не знаю, чем ты руководствовалась, заполняя холодильник, но чем богаты, как говорится, – услышала я голос Владана из зоны столовой. – Прошу любить и завтракать.

Я потянулась, завернулась в плед и устроилась за столом. «Халатов, видимо, не нашлось», – мысленно заключила я, наблюдая, как Марич в чем мать родила разливает кипяток по кружкам.

– Кофе я не нашел, поэтому утренний чай, – продекламировал он.

– Чудесно, – улыбнулась я. – Особенно радует подача.

– В качестве основного блюда сегодня сэндвич с сыром и сыром, потому что больше ничего подходящего не было, ну а на десерт виноград и грецкие орехи.

– Закупалась впопыхах, – улыбнулась я.

– И, судя по всему, больше думала о вине и закусках к нему, чем о завтраке.

– Научилась у тебя не загадывать далеко вперед.

Я закусила губу и взяла с тарелки виноградину. Марич устроился напротив и с аппетитом поглощал бутерброд с сыром. Я внимательно смотрела на него. Разглядывала, как шевелится каждый мускул, когда он жует, как он держит кружку, как крутит головой, разминая затекшую шею.

– Мы еще не были наверху, но мне уже здесь нравится, – вдруг произнес он.

– Я думала, ты успел подняться в поисках халатов, пока я спала.

– Практика показывает, что мы прекрасно справляемся и без них.

– Кстати, наша одежда до сих пор внизу? – с ужасом вспомнила я.

– Нет, успела подняться на этот этаж. Бросил ее в хозблоке. Там есть две машины, похожие на стиральные.

– Есть шанс, что одна из них – сушильная, – обрадовалась я.

– Я могу съездить домой и привезти нам что-то из одежды.

– И как ты собрался это делать? – нахмурилась я. – Точнее, в чем?

– В машине, – как ни в чем не бывало ответил Владан.

– А до нее ты как пойдешь, в полотенце?

– У меня нелегкий выбор – облачиться в простыню на манер древнегреческого бога или прошествовать уверенной походкой в чем мать родила по всему поселку.

– Если выберешь второй вариант, то в целом можешь ловить первого встречного или стучать к соседям со словами: «Мне нужна твоя одежда, ботинки и мотоцикл».

– Боюсь, что после этого прокатиться мне придется не на мотоцикле, а в карете «Скорой помощи».

Нам повезло: одна из машинок действительно оказалась сушильной. Я закинула туда нашу одежду и вернулась к Маричу.

– Для полного счастья не хватает только нашей собственной Сабины, она бы мигом решила все вопросы.

– Ну уж нет, справимся вдвоем.

– Согласен.

– Кстати, пойдем, покажу тебе кое-что.

Мы поднялись сначала на второй этаж. Марич оценил размеры спальни, даже заглянул в гардероб. Возможно, в нем еще теплилась надежда обнаружить что-то из одежды. Затем проследовали на третий, где я сразу же повела его в самую маленькую комнату. Он с опаской посмотрел на единорогов, украшающих полог детской кровати, и, возможно, успел подумать, что именно за этим я его сюда и притащила, а сейчас непременно заведу разговор о домашнем очаге, семье и детях.

Я встала прямо у окна и позвала Марича последовать моему примеру. Он выглянул на улицу, зажмурился и свел брови у переносицы. И быстро нашел то, что искал.

– Отличный вид, – усмехнулся он.

Мне показалось, или он выдохнул с облегчением, поняв, для чего мы пришли в детскую?

– Мог бы быть и лучше, но тогда мы не смогли бы остаться незамеченными. Хотя если ты все-таки решишь претворить в жизнь идею с прогулкой по поселку в неглиже, то незамеченным точно не останешься.

Марич встал за моей спиной и обнял, прижав к себе. Какое-то время мы стояли неподвижно, вглядываясь в пейзаж за окном.

– Надо купить бинокль, – осенило меня.

– И будем держать караул, сменяя друг друга?

– Вообще-то я рассчитывала проводить время в хам маме и бассейне, пока ты будешь вести наблюдение.

– Ох, не бережешь ты меня, – рассмеялся Владан и чмокнул в макушку.

В этот момент я почувствовала себя невероятно спокойно. Подсознательно я боялась, что идея с домом была мимолетным порывом и Марич откажется от нее, как только она обретет реальные черты. Однако мы находились тут уже много часов и он выглядел вполне довольным жизнью.

Как бы ни завершилось наше расследование, я уже была благодарна Ольге за то, что она появилась на пороге нашего офиса. Ведь казалось, что выманить Серба из Ямы не заставят никакие земные силы.

Спустя пару часов я гладила наши вещи в гардеробной на втором этаже, а Владан устроился с телефоном на одном из двух кресел у панорамного окна, выходящего в лес. Он набрал номер сотрудницы, который вчера ему отправил Нефедов, и договорился о встрече. Любой другой дал бы задание по телефону, но только не Марич. Во-первых, менеджер была женщиной, а обаяние Владана, хоть и имело силу по телефону, при личных встречах с представительницами противоположного пола приобретало прямо-таки волшебное действие. Во-вторых, мне хотелось верить, что Марич желал, чтобы я тоже присутствовала при разговоре и могла внести свою лепту, задав кое-какие вопросы.

Уже в машине я поняла, что для личной встречи была и третья причина. Марич решил захватить с собой документы, найденные в камере хранения. Поэтому перед встречей с Верой Егоровной – так звали сотрудницу Нефедова – мы заехали в Яму.

В квартире я успела побросать в спортивную сумку