Александр Тамоников - Спецотряд «Скорпион»
В 8.30 в кабинет заглянул прапорщик — сотрудник обслуживающего персонала резиденции, пригласил на завтрак. Пришлось подчиниться, хотя есть совсем не хотелось. Но… надо! Кое-как проглотив порцию манной каши, запив ее свежим, доставляемым из соседнего села козьим молоком, начальник секретного отдела вернулся в кабинет. И только тогда, устроившись у окна, с удовольствием выкурил первую за сегодняшний день сигарету.
Он гасил окурок, когда телефон внутренней связи разорвал тишину кабинета пронзительной трелью. И кто только додумался установить здесь эти черные, казенные аппараты, неизмененные атрибуты чиновничьих кабинетов годов эдак семидесятых прошлого столетия? Неужели нельзя поменять их на современные модели? Уж слишком они контрастировали с новейшей спутниковой связью. Надо как-нибудь заняться этим! Впрочем, подобное обещание он давал себе каждый раз, прибывая сюда, но до сих пор так ничего и не предпринял. Стоило покинуть резиденцию, и Луганский напрочь забывал об интерьере кабинета в особняке на берегу озера.
Поморщившись, он снял трубку, представившись:
— Слушаю, полковник Луганский!
— Прапорщик Крылов, дежурный по контрольно-пропускному пункту! Прибыл майор Пашин!
— Добро! Пропусти его!
— Есть!
Луганский, положив трубку на рычаги, вновь подошел к окну. На этот раз не к тому, с видом на озеро, а к боковому, выходящему во двор резиденции, откуда хорошо просматривались центральные ворота и подъезд к служебному зданию. Зданию, внешним видом больше напоминавшему средневековый европейский замок. Полковник видел, как у КПП отошла в сторону массивная бронированная плита, закрывающая въезд на территорию, и на аллее появились «Жигули» седьмой модели. А вскоре в дверь кабинета постучали:
— Разрешите?
— Разрешаю!
В помещение вошел стройный молодой мужчина, все во внешнем виде которого указывало на его принадлежность к военной службе. Даже гражданский костюм — строгая, тщательно подогнанная темно-синяя «тройка» — сидел на нем как-то особенно. Как и темная сорочка, и галстук, и до блеска начищенные черные полуботинки.
Вошедший поздоровался:
— Здравия желаю, Борис Ефимович!
— Здравствуй, Гриша! Как дела? Как сам? Как группа?
Майор Пашин улыбнулся кончиками губ:
— Мне так же ответить по-восточному? Традиционно и лживо?
— Зачем же? Скажи, как есть! Мне по штату положено знать ответы на заданные вопросы.
Пашин прошел к столу, ответив:
— Все нормально, товарищ полковник! В пять утра провели запланированные практические занятия.
— Тема?
— Захват главаря мобильной преступной группы в сельском населенном пункте с уничтожением боевого сопровождения!
— Результат?
— Группа справилась с поставленной учебной задачей! Курить разрешите?
— Кури и присаживайся! Разговор нам предстоит серьезный.
Майор занял привычное место за столом совещаний, пододвинув к себе пепельницу. Широкую, хрустальную.
Полковник открыл сейф, достал из него карту, расстелил перед командиром группы. Присел напротив:
— Значит, так, Гриша! Перейдем к тому, ради чего я и вызвал тебя. Ну, то, что группе вскоре придется выполнять боевую задачу, ты уже понял. Вижу по глазам, что понял. Задачу, прямо скажу, непростую. Но конкретно о ней позднее. Сначала доведу до тебя общую обстановку, сложившуюся на данный момент на оси Афганистан — Чечня и вынуждающую нас к принятию активных контрмер.
Полковник удобнее устроился в кресле и начал монолог, суть которого сводилась к следующему.
Агент, в свое время успешно внедренный в руководство группировки Гульбеддина Гурбани «Разъяренные волки», базирующейся на северо-западе Афганистана и являющейся частью террористической организации «Лошкар-э-Тайба», сообщил, что 14-го числа этого месяца Гурбани перебросит в Чечню крупную сумму наличной валюты. Деньги предназначаются известному полевому командиру Шамсету Батаеву для организации и проведения широкомасштабных терактов в центре России, в том числе в Москве и Санкт-Петербурге. Договоренность о финансовой помощи была достигнута в ходе личной встречи Батаева и Гурбани, состоявшейся 18 июля сего года в местечке Карух, что недалеко от Герата.
И вот десять миллионов долларов готовы к отправке в Чечню. Для переброски валюты привлекается отряд некоего Шульца, или Адольфа Рейдера, немца по национальности, но выходца из России, который до отъезда за рубеж в 1992 году, что немаловажно, проживал в Чечне, в Шатое! Отряд состоит из пятнадцати профессионально подготовленных наемников, уже не раз действовавших в Таджикистане. Маршрут и способ передвижения боевиков Шульца от Афганистана до границы с Россией неизвестны, но есть информация о том, где моджахедами подготовлен ее прорыв.
Луганский встал, обошел стол, наклонился над картой за спиной майора:
— Теперь смотри на карту! Видишь обозначенные квадраты «А» и «В»?
— Вижу, конечно!
— Так вот, в пункте «В» планируется имитация прорыва границы силами одной из банд Шамсета, в начале лета ушедшей в Грузию. Отвлекающий маневр будет осуществляться отрядом предположительно в сто штыков. Оба квадрата контролируются постами горной группировки федеральных войск. В основном это подразделения десантников и пограничников. Данным маневром Шамсет и задумал отвлечь внимание этих постов от квадрата «А», где запланирован реальный прорыв. На этом участке, сразу за Большим Хребтом, начинается Белойское ущелье. По нему путь в брошенный и полуразрушенный аул Белой, в котором по настоянию Рейдера, это я подчеркиваю, и должна состояться встреча отряда Шульца с людьми Шамсета и передача денег. Затем из Белойского ущелья ведет прямая дорога на Шатой! А откуда родом Рейдер? Из этого же Шатоя! До эмиграции он был егерем и отлично знает не только само ущелье, но и прилегающие к нему территории: Белойский перевал и обширный лесной массив на плоскогорье западнее перевала!
Майор, глядя на карту, спросил:
— Интересно, как наемники потащат такую массу денег? Десять миллионов — это несколько объемных мешков.
— Ты видишь в этом серьезную проблему для них?
— Серьезную не серьезную, но носильщики из числа наемников однозначно будут лишены возможности вести бой! Полноценный, я имею в виду, бой.
Полковник возразил:
— Не скажи! Контейнеры с долларами, будь то мешки или ранцы, легко сбросить!
— Да, сбросить легко! Только не уйти от них никуда. Но, ладно, сей момент не столь важен!
Луганский вернулся на место, бросил указку на карту:
— По общей обстановке — все! Теперь о задаче твоей группы.
Майор улыбнулся:
— По-моему, полковник, докладывая обстановку, вы уже определили ее! Захватить баксы, с отстрелом банды Шульца в Белойском ущелье! Разве не так?
Начальник отдела «Z» не ответил на улыбку командира боевой группы.
— Не совсем так, Гриша!
Пашин поднял на Луганского удивленный взгляд:
— Не понял?!
— А не понял, так не перебивай старшего по званию и должности, а будь любезен выслушать его до конца!
Григорий поднял руки:
— Тысяча извинений, полковник, я весь внимание!
— Так-то лучше! Да, первую часть задания просчитать несложно, и тут, Гриша, ты не ошибся. Группе «Скорпион» предстоит устроить засаду в Белойском ущелье и, уничтожив банду Шульца, захватить деньги! Но… это не все! Как ты знаешь, господина Рейдера у Белоя будет встречать отряд Шамсета, и численность его можно лишь предположить, но она не менее состава встречаемого отряда. А значит, от пятнадцати до тридцати боевиков. Они тоже цель твоей группы.
Пашин хмыкнул:
— Нормально! В ущелье соберется стая штыков в сорок, а я на них со своими семью бойцами. Почему вы выводите на акцию в ущелье всего одну группу? Отчего не подключить к операции ребят «Урагана» или «Шквала»? Группы Солодовникова и Иванова?
Полковник спокойно объяснил:
— Они будут задействованы в операции, но в квадрате «E».
— А это что за цель?
— На карту смотри!
— Смотрю!
— Не на Белой, на север.
— Ну и что? Судя по карте, в этом квадрате горный, лесной массив.
— Точно! По моим данным, 14 августа там ценный груз будет встречать сам Шамсет!
Майор взглянул на Луганского:
— Не хотите ли вы сказать?..
Начальник отдела специальных операций не дал подчиненному завершить мысль:
— Да, именно, я и хочу сказать то, о чем ты подумал. Я планирую накрыть бандюков скопом. И Шульца с его наемниками и деньгами, и Батаева с его непримиримым стадом!
Пашин покачал головой:
— Планы у вас, должен заметить… куда до них Наполеону!
— Не иронизируй, Гриша! Я объясню тебе, почему принял решение использовать в Белойском ущелье только одну твою группу. И ты поймешь, что это не прихоть выжившего из ума полковника. Во-первых, при всем желании высадить в непосредственной близости от ущелья наших профи можно лишь в квадрате «D». Там, как видишь, находится более или менее пригодная площадка для приема воздушного десанта.